petrovka38

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД РОССИИ ПО Г. МОСКВЕ СЛУЖИМ РОССИИ, СЛУЖИМ ЗАКОНУ!

    
Руководство: Якунин Анатолий Иванович
Начальник ГУ МВД России по г. Москве, 
генерал-лейтенант полиции
   
Телефон ГУМВД для представителей СМИ: (495) 694-98-98    
 
Перейти на сайт

Еженедельная газета

«Петровка, 38»

Номер 15 (9567) от 25 апреля 2017г.

Статьи в категории: Номер 10 (152) 31 марта 2010 года

Гарник Восканян «в московских криминальных схватках»

РАЗВЕ ТАК ПОСТУПАЕТ БРАТВА?
 
К нам обратился почтенный человек — известный банкир и с волнением сообщил, что средь бела дня на его офис, находящийся в центре города, было совершено разбойное нападение. Его единственный семнадцатилетний сын Александр, только что поступивший в институт, в момент нападения находился в кабинете отца и был похищен бандитами.
После обстоятельного разговора с банкиром создалось впечатление, что у него не было явных врагов, проблем в семье и на работе, бизнес его был совершенно легален. Одним словом, банкир был известным, уважаемым в городе человеком. Он затруднялся припомнить человека или какой-либо случай, которые могли бы послужить причиной случившемуся.
— Вспомните, может, в последнее время с вами произошло какое-нибудь незначительное событие, из-за чего кто­то нервничал или выражал недовольство, обиду? — спрашиваю я банкира.
Опустив голову, он задумался, потом неожиданно посмотрел на меня.
— Вы армянин?
— Как видите.
— Вы знаете, мы дружим с одной симпатичной семьей московских армян. Муж отставной офицер, его жена Седа недавно попросила посодействовать ей в получении банковского кредита. Я поинтересовался и выяснил, что законным путем это сделать невозможно, и, объяснив суть дела, был вынужден отказать, от чего Седа немного разнервничалась, хотя наши отношения от этого не испортились. И это единственный случай, который я могу припомнить.
Рассказ банкира меня заинтересовал. Я подумал, что эту женщину стоит проверить.
— А она знает о случившемся?
— Пока нет.
Я попросил банкира позвонить Седе и все рассказать ей. По второй линии я внимательно слушал их беседу, и меня насторожила реакция Седы на услышанное. В ее монотонном аханье звучали фальшивые нотки.
Получив разрешение, поставили на прослушивание телефон Седы. Буквально на следующий день она позвонила кому­то и сказала, что клиент встревожен и находится в полном отчаянии.
— Ничего, пусть поволнуется. Дозреет, потом поговорим, — самодовольно отвечал пока еще не известный нам собеседник женщины.
После нескольких телефонных разговоров нам удалось выяснить, что сообщник Седы — член действующей в Москве довольно влиятельной дагестанской группировки, в составе которой были известные боксеры, борцы, даже чемпионы России и мира.
Прошло почти две недели, похитители не предъявляли никаких требований банкиру. И это становилось опасным. Я обратился к нашему руководству с предложением провести необычную операцию — попытаться спровоцировать преступников, дав им понять, что в дело вмешалась некая третья сила.
Был составлен план. И вот я, представившись человеком из криминального мира по имени Артур, звоню Седе и, используя воровской лексикон, довожу до ее сведения, что знаю, кто является «идеологом» и организатором похищения, знаю исполнителей, и если юношу не освободят без каких-либо условий, последствия для них будут пагубными.
Видимо, я неплохо вошел в образ, мои коллеги даже пошутили, что из меня получился бы хороший вор. Естественно, Седа пришла в замешательство, тут же сообщила о разговоре дагестанцам, а те этот факт восприняли со всей серьезностью. Вскоре мы получили сведения, что дагестанцы по всему воровскому миру города лихорадочно разыскивают загадочного армянского бандита по имени Артур. Они не сомневались, что человек, знавший в подробностях их дело, все знает и о них самих, он если не вор в законе, то криминальный авторитет, иначе не решился бы вести себя так нагло. После упорных поисков они остановились на кандидатуре одного вора-армянина, уроженца Москвы, который сидел в тюрьме по обвинению в убийстве. При этом братья-мусульмане были настолько уверены в могуществе объявившейся стороны, что считали возможным его временное освобождение из тюрьмы для выяснения дел с ними и получения выкупа. Сами они планировали получить выкуп в два с половиной миллиона долларов. Но велико было их разочарование и беспокойство, когда они узнали от своих «агентов» в тюрьме, что этот Артур не при делах. Кстати, на этом фоне участились посещения Седой гостиницы «Москва», где она встречалась с армянскими ворами в законе и криминальными авторитетами. Естественно, безрезультатно.
Однако за эти несколько дней хорошие результаты принесли наши оперативно­разыскные мероприятия. Нам удалось выяснить адреса некоторых членов группировки, но мы никак не могли выйти на след их главаря. Он сам звонил Седе с мобильного телефона, но в начале 1990­х годов у нас еще не было технических возможностей вычислить реального владельца телефона.
Мой очередной звонок Седе был «воровским» и самым крутым. Фактически я предъявил ультиматум: или они освобождают юношу, или считают себя трупами. Результат превзошел все ожидания. Нужно было слышать телефонный разговор объятой ужасом женщины с главарем банды.
— Умоляю, послушай,— увещевала она,— этот Артур совершенно неуправляем, он способен на все, нужно с ним встретиться, найти общий язык.
— Что ты предлагаешь?
— Часть запланированного выкупа отдать ему. Нужно что-то решать, я боюсь.
Но тут дагестанец вышел из себя:
— Кто он такой, чтоб я делился с ним процентами! Не беспокойся, мы примем меры.
На следующий день дверь квартиры банкира изрешетили автоматной очередью, стало ясно, что дагестанцы нервничают и прибегают к крайним мерам устрашения. Однако этот обстрел переполнил и чашу нашего терпения. Тем более что мы наконец получили сведения о месте пребывания главаря: он жил с вдовой одного убитого вора в законе в ее квартире.
Медлить было нельзя. В полночь, когда в доме никого не было, с бойцами отряда быстрого реагирования мы проникли в эту квартиру и… опешили. В те годы в Москве можно было пересчитать по пальцам такие роскошные квартиры — двухэтажные апартаменты, обставленные самой дорогой мебелью.
Мы набрались терпения и стали ждать. К пяти часам утра оперативники снизу сообщили, что возле подъезда остановилась шикарная машина «Мерседес­600», видимо, наш «кадр». Вскоре действительно открылась дверь квартиры, и ребята из спецотряда встретили хозяев и проводили ко мне.
— Ахмед, — тут же обратился я к нему, — где мальчик?
— Какой мальчик, о ком вы?
— Александр, которого вы с помощью Седы похитили.
Ахмед в упор посмотрел на меня.
— Похоже, Артур это вы?
— Да это я. В последний раз спрашиваю: где ребенок?
Непререкаемый тон моего вопроса, а также наглая «воровская» манера убедили дагестанца, что с нами не стоит шутить. Чувствую, он совершенно не реагирует на бойцов в форме и снаряжении. Видимо, легенда о моем «могуществе» продолжала действовать, и Ахмед решил, что я и члены моей ОПГ подкупили милиционеров с целью обеспечить нашу безопасность. Наконец он смягчился.
— Ладно, я сейчас позвоню, и заложника отпустят.
— Нет, — категорично отказываюсь я, — мы вместе с тобой поедем и сами освободим ребенка. Если я увижу на нем синяки, то знай: каждый из них обойдется тебе в сто тысяч долларов.
По правде говоря, я не думал, что мою угрозу он воспримет так серьезно. Ахмед побледнел и испуганно замямлил:
— Я на ухе ребенка случайно оставил царапину. Во сколько мне это станет?
Я ждал, что кто­нибудь из наших бойцов хмыкнет, видя, как кровожадный бандит мгновенно превращается в испуганного барана. Но, слава богу, все сдержались, а после операции это обсуждали и от души смеялись.
Разрабатывая наши действия, мы подготовили оперативную сумку­дипломат, полный вышедших из обращения советских денег, сверху на этих пачках лежали настоящие доллары. Чтобы полностью огорошить обалдевшего бандита, я обратился к одному из оперативников (предполагаемому сооб­щнику).
— Дима, дай сюда дипломат. Ты по­благодарил ребят из спецотряда?
— Артур, я уже выплатил сто пятьдесят тысяч долларов.
— Ничего, менты хорошо поработали, прибавь еще тысяч пятьсот. Нужно было видеть лицо дагестанца с выпученными глазами, когда Дмитрий открыл дипломат.
У Ахмеда не было выбора. Преступники — храбрецы, когда действуют против слабого. А столкнувшись с силой, не важно какого характера, они ради спасения собственной шкуры, как говорится, продадут родную мать.
В сопровождении Ахмеда мы отправились в квартиру, где его помощники держали сына банкира. По дороге бандит все время спра­шивал:
— Артур, ты ведь не убьешь моих ребят?
— Нужны мне твои головорезы… Нужно освободить пацана, — бурчал я.
— Все будет хорошо, только ребят не трогайте.
Чувствую, он больше заботится о себе, чем о них.
В полночь подъехали к указанному Ахмедом дому. Мы знали, что пятеро бандитов, охраняющих юношу, вооружены. Решается судьба невинного пленника, и от правильности наших действий зависит его жизнь.
Поднялись на указанный этаж. Перед нами стояла единственная задача: так обескуражить бандитов, чтобы они не успели применить оружие и нанести вред пленнику. Я спросил ребят из спец­отряда:
— Можете одним ударом выломать дверь?
— Вопросов нет, товарищ подполковник.
Молча встали перед дверью квартиры. Бойцы, быстро заняв надлежащие позиции, при помощи отработанной технологии в момент выломали дверь и ворвались внутрь. Стрельбой холостыми патронами и устрашающими выкриками действительно привели в замешательство бандитов, повалили их на пол лицом вниз и приставили автоматы к затылкам. А я в темноте стал искать пленника и вскоре обнаружил в одной из комнат прикованным к батарее отопления. Когда я в целях безопасности — кто знает, от бандитов всего можно ожидать — обнял его, паренек в ужасе закричал.
— Дядя, не убивай меня!
— Не бойся, сынок, — успокаивал его, — я сотрудник милиции, сейчас ты поговоришь с отцом.
Набираю номер телефона банкира, докладываю, что Александр спасен, жив-здоров, и передаю ему трубку. На обоих концах телефонной линии слышны только мужские всхлипывания.
По долгу службы много раз я сталкивался с самыми отвратительными человеческими поступками, подлостью, жестокостью, коварством, но никогда не мог сдержать своих чувств, когда жертвой их становились дети.
На следующий день арестовали Седу. Она упрямо не хотела открывать дверь своей квартиры. В тот же день Ахмед, увидев меня у следователя, возмущенно спросил:
— Артур, разве братва так поступает?
— Подонок, — не сдержался я. — Какая я тебе братва! Я — подполковник милиции.
И показал свое служебное удостоверение.
— Таких удостоверений на Арбате нава­лом, — с пренебрежением хмыкнул Ахмед.
Так он и остался при своем, думая, что я криминальный авторитет.
 
 
«ЛУЧШИЙ ИЗ АРМЯН»
 
В России различные слои общества, социальные группы по-разному отреагировали на процесс демократизации страны. Хотя и горько об этом говорить, но преступный мир проявил в этом отношении большую гибкость и изворотливость. Кем были, например, воры в законе во времена коммунистов? С точки зрения сегодняшнего дня они скорее подпадают под категорию бомжей. Они воровали — их сажали, затем освобождали. Они снова воровали, их вновь сажали. Никакой альтернативы. А сегодня имеешь дело с очень богатым человеком, почтенным бизнесменом, уважаемым благотворителем и меценатом, даже общественным деятелем. Вот эти последние своим «статусом» наносят огромный нравственный вред тому национальному сообществу, которое они пытаются представлять. С одним из таких «деятелей» мне пришлось столкнуться по долгу службы. Любое воспоминание, связанное с этим делом, вызывает во мне горечь, неприязнь и даже брезгливость.
Вспоминая эту историю, я не пытаюсь приписать себе какие-то необыкновенные профессиональные заслуги. Отнюдь. Я хочу раскрыть преступную, антинародную сущность этого человека и его единомышленников, которые под прикрытием красивых слов совершают всевозможные преступления, зачастую направленные против своего народа. И каждый раз, видя этого человека, я думал: как может этот преступник, лгун, мошенник, демагог, подстрекатель считать себя лидером определенной части многочисленной диаспоры и бессовестно претендовать на высочайший государственный пост в Армении — видимо, и в первую очередь для того, чтобы покрыть свои огромные долги.
Мы расследовали дело, связанное с крупными махинациями в одном известном банке, где ежедневный доход членов преступной группы составлял сто тысяч долларов. Во время ареста их главаря мы изъяли у него миллион долларов. Он отказался от них, сказав, что это не его деньги, а принадлежат они известному армянскому бизнесмену Сержу Джилавяну. Последнего пригласили в наше управление, и я впервые лицом к лицу встретился с этим человеком, который параллельно с бизнесом энергично занимался в Москве национально­общественной деятельностью.
Джилавян подтвердил, что этот миллион действительно принадлежит ему, он выиграл деньги в казино, тому есть свидетели и соответствующая справка. Безусловно, в других обстоятельствах он, может быть, остался вне поля нашего внимания, но в этот раз мы расследовали крупное финансовое преступление. И когда появился человек и заявил, что эти деньги его, естественно, он не мог не вызвать у нас определенного интереса. Наше руководство дало распоряжение собрать информацию о Джилавяне. Вот что выяснилось: не закончив даже средней школы в Армении, он оказался в Узбекистане и проявил себя удачливым подпольным «цеховиком». Но местным правоохранительным органам это не понравилось, и Джилавяна приговорили к трем годам лишения свободы. Выйдя из тюрьмы, он продолжил свое дело уже как кооператор и, собрав начальный капитал для большого бизнеса, объявился в Москве. В созданный Джилавяном в столице разветвленный концерн входило около пятидесяти структур, и в деятельности каждой использовались незаконные действия, махинации, мошенничество.
Главари местных армянских группировок фактически принимали его как неофициального лидера.
С другой стороны, Джилавян с большой энергией принялся за общественную деятельность, основал армянские организации, привлек именитых людей, арендовал дорогостоящие дворцы и особняки в престижных районах города, окружил себя известными людьми — армянами и представителями других национальностей.
Разумеется, нас больше всего интересовало «первое лицо». Любая национально-общественная организация может быстро лишиться авторитета, даже из-за нескольких недостойных ее представителей. А вот арендованные Джилавяном роскошные дома буквально кишели хорошо знакомыми нам ворами в законе, криминальными авторитетами, всевозможными сомнительными личностями без определенных занятий.
В те дни наши сотрудники приостановили деятельность одной армянской преступной группы, обосновавшейся в бывшем правительственном доме отдыха в Подмосковье. Бандиты оттуда отправлялись в Москву на грабежи и разбои и, благополучно возвращаясь, вели разгульную жизнь. Мы арестовали нескольких криминальных авторитетов. И что оказалось самым странным — резиденцию для преступников арендовал лично Джилавян.
После этого случая армянская криминальная община Москвы подняла шумиху, обвиняя во всем… меня. Будто в Управлении по борьбе с организованной преступностью объявился один непримиримый мент Восканян, который не дает им покоя. И вот армянские воры в законе, представители криминального бизнеса организовали воровскую сходку в одном из ресторанов Москвы, на которой, конечно, не мог ни присутствовать самый влиятельный их «коллега» Джилавян. Представители криминального мира, естественно, не знали, что сборище это проходит под контролем ФСК. Прозвучало предложение «купить» или убить Восканяна, причем не важно как: задушить, зарезать, отравить, но при этом используя связи «армянского туза» Джилавяна. Последний был очень принципиален: если Восканян так уж мешает, то надо его уничтожить, и обещал подключить своих влиятельных знакомых.
Вскоре подобные сведения были получены и в МВД. Наше руководство, серьезно обсудив возможность реальной попытки убийства, взяло меня и членов моей семьи под особую защиту.
Если бандиты хотели избавиться от меня, они, конечно, имели на то причины. А вот почему из Армении, да еще по поручению правительства, прибыла целая группа убийц с целью ликвидировать Джилавяна, было непонятно. На всех своих многочисленных пресс­конференциях Джилавян заявлял об этом. Было ясно, что он, утвердившись в роли влиятельного предводителя армянской диаспоры, вступил во второй этап, стремясь захватить пост руководителя армянского государства. И факт организованного на него «покушения» в сущности стал его первым шагом в деле подрыва авторитета армянского руководства на пути к достижению своей цели.
Чтобы избежать лишних разговоров, я не вмешивался в это дело, но был в курсе всех подробностей. Все, мягко говоря, вызывало недоумение. Группа «убийц», добравшись до Москвы, сразу же обратилась к некоему криминальному авторитету и сообщила о цели своего приезда. Он посоветовал им донести потенциальной жертве — самому Джилавяну. После встречи с Джилавяном группа со всем оружием сдалась милиции. Их поддельная московская прописка в паспортах была сделана до такой степени неграмотно, что непроизвольно думаешь: подобная акция на государственном уровне не могла быть так примитивно организована. Или другой факт: руководитель преступной группы некий Тавризов — близкий друг Джилавяна, и нам это было известно.
Фиксировались телефонные переговоры «убийц», и в них было немало курьезного.
Один из членов банды звонит Тавризову:
— Послушай, долго ты нас будешь держать без копейки, сидим тут «Приму» курим. Использовали нас и не хотите ничего давать!?
— Я сам без денег, Джилавян подкинул немного, но больше не хочет давать.
— Тогда мы пойдем, куда следует и расскажем, что это он организовал свое покушение.
— Ну хорошо, хорошо! Потерпите еще немного, все будет как надо.
Тавризову звонят из Еревана:
— Послушай, что это за дело вы взялись? Разве не знаете: если тут хорошо копнут, то вы обеими ногами вляпаетесь в грязь.
— А я при чем, что ты кричишь, будто не знаешь, что все организовал Джилавян?
Кстати, Тавризов жил в одной из московских квартир Джилавяна.
Но самым интересным было высказывание одного из бандитов, согласившегося сотрудничать с нами:
— Да, они воюют за власть, а мы деньги делаем. Что тут плохого?
Нам было известно, что Тавризов занимается торговлей оружием, в свое время он украл его в Карабахе и какими-то путями перебросил в Москву. Когда мы в одном гараже обнаружили часть этого оружия и спросили, где остальное, Тавризов безмятежно ответил: у Джилавяна. Однако без подготовки не пойдешь к этому провокатору и шантажисту. Но именно тогда наш дежурный доложил, что был получен анонимный звонок, неизвестный сообщил адрес, где содержались двое заложников. Оказалось, это было логово Джилавяна. Взяв с собой корреспондентов английской газеты «Гардиен», которые находились в Москве и изучали, как русские полицейские борются с организованной преступностью, мы отправились по указанному адресу. Но опоздали, заложников освободили. Находившиеся там повара и официанты подтвердили, что три дня кормили пленников. Обыскав дворец, мы обнаружили автоматы, пистолеты, гранаты, патроны.
Вечером к себе в особняк явился Джилавян и, увидев меня, закричал:
— Ты выполняешь поручение Левона и Вано?
Кстати, мне не приходилось встречаться с президентом Армении Левоном Тер-Петросяном, а с министром МВД Вано Сирадегяном я познакомился лишь по завершении этого дела, через год, когда по долгу службы был в Ереване, при этом он даже словом не обмолвился о Джилавяне.
Как только Джилавян увидел найденное оружие, тут же перешел на армянский язык: помоги, спаси, как мне быть, чтобы не опозориться как национальному лидеру. Уверял, будто все это оружие они отняли у убийц, посланных из Еревана (видимо, забыл, что они добровольно сдались милиции).
На следующий день «лидер» созвал пресс­конференцию и во всеуслышание объявил, что первое лицо Армении, видя в нем опасного противника, хочет его уничтожить, а поручили это дело сотруднику МВД России Восканяну.
Кому только он не писал писем, начиная с президента России и заканчивая Лужковым. Даже «выяснилось», что я якобы знал об этом оружии и он меня неоднократно предупреждал, просил забрать его. И это еще не все: на него было совершено еще одно покушение в Центральном доме литераторов, но его телохранители якобы успели вовремя обезоружить преступников. И вновь он сообщал мне об оружии, но столкнулся все с тем же преступным безразличием.
Следующую попытку оклеветать меня Джилавян предпринял с помощью все того же Тавризова. Но последний уже начал сотрудничать с нашими оперативниками и обратился ко мне с просьбой о встрече. По его словам, преступники якобы собираются при содействии какого­то генерала состряпать против меня уголовное дело и опозорить.
Хорошо зная «доброжелательных» бандитов этого типа, я взял на встречу небольшое записывающее устройство, чтобы зафиксировать на пленку весь наш разговор. Чувствовал, что мой собеседник нервничает.
— Джилавян достал меня, просит, чтобы я нашел ему оружие. Не можешь дать мне пистолет? Я передам ему, а ты поймаешь его на месте преступления. И тебе будет хорошо, и мне.
— Но откуда я возьму оружие? — возражаю ему. — Конфискованное — зафиксировано, я не могу вторично сдать то же самое оружие.
Через несколько дней в одной из телепередач, явно заказной, восхваляющей Джилавяна, показали мастерски смонтированную «версию» моей беседы с Тавризовым, из которой следовало, что я пытался подбросить оружие Джилавяну и затем арестовать его. Вот, мол, смотрите, какими грязными методами работают сотрудники милиции.
Меня вызвали к вышестоящему начальству и потребовали объяснений. Я предъявил им свою запись. С большим трудом мне предоставили возможность выступить с опровержением в одной из передач на криминальную тему.
Наконец, наше руководство утомили все эти несуразицы, шантаж, подлоги, и Следственное управление дало указание арестовать этого авантюриста. Но что получалось? Вскоре должен был состояться армянский съезд международного масштаба, а его лидер уже третий день сидел в следственном изоляторе. Во избежание негативной реакции общественности Джилавяну была дана возможность провести это мероприятие. Затем ему было предъявлено обвинение. Но он исчез.
Свет в московской квартире «лидера» зажегся лишь спустя восемь месяцев. Когда бойцы спецотряда быстрого реагирования потребовали открыть дверь, никакой реакции не последовало. Прибыли представители районной милиции, но, узнав, с кем предстоит иметь дело, отказались содействовать нам, мотивируя свой отказ тем, что надоело сталкиваться с этим скандалистом. Бойцы были вынуждены пробить дыру в стене. Джилавян принял меня как «родного».
— Ах, мой дорогой Гарник Агабекович, ну сказал бы, что это ты… А я уж думал — бандиты!
Но вскоре вновь был в своей стихии:
— В этом дипломате было сорок тысяч долларов! — кричал он. —Твои сотрудники украли их!
Смотрю на дипломат, на нем пыли толщиной с палец.
— В таком случае, гражданин Джилавян, сделаем личный досмотр.
— Нет, ладно, не стоит.
Он был настоящим хамелеоном.
При обыске в карманах мы обнаружили несколько билетов на самолеты на разные числа и в разные страны. Но самым неожиданным был паспорт моряка (якобы сотрудника научно-исследовательского судна), который давал ему возможность без визы въезжать в любую страну.
Национального «лидера» судили за незаконное хранение оружия и осудили к трем годам лишения свободы. Впоследствии «лучший из армян», «президент всеобщего армянства» (по язвительному выражению российских газет) улизнул в Англию, но, прельстившись своим любимым делом — «отмыванием» криминальных денег, вновь оказался в тюрьме, правда, на сей раз в более комфортной.
 
 
ПРОВИНЦИАЛ И БАНКИР
 
В моем служебном кабинете зазвонил телефон.
— Товарищ подполковник, я бывший сотрудник Федеральной службы контрразведки, сейчас работаю в службе безопасности одного из московских банков. На директора нашего банка готовится покушение, и сейчас в главном офисе находится молодой человек, который готов предоставить информацию по данному делу. Прошу вас помочь предотвратить убийство.
Я встретился с бывшим чекистом и понял, что он не на шутку обеспокоен. Скорее всего, эта тревога передалась ему от банкира, который, запаниковав, заперся с семьей дома и даже не выходит на работу. С большим трудом нам удалось уговорить финансиста дать согласие на разговор с информатором.
И вот молодой человек по имени Николай прибыл в московское Управление по борьбе с организованной преступностью. Ему двадцать семь лет, одет очень просто и манерами подтверждает свое провинциальное происхождение. К тому же он немного смущен, видимо, впервые имеет дело с милицией. Из его рассказа следует, что работал он на одном из предприятий Кургана, а когда предприятие обанкротилось, занялся частным бизнесом. Поначалу ему улыбнулась удача, но успешная деятельность фирмы привлекла внимание тамошней братвы — членов организованной преступной группировки. В конце концов бандиты отняли у Николая весь бизнес.
— Но если бы они удовлетворились только этим, — в отчаянии сказал он. — Главарю банды удалось деньгами и угрозами присвоить и то единственно дорогое, что у меня осталось — жену.
Утешить его было трудно.
— Где вы поселились в Москве? — поинтересовался я.
— В общежитии у друга.
— Кто у вас остался в Кургане?
— Родители… Давно не видел.
— Если хотите, можете позвонить и поговорить с ними.
Трубку взял отец Николая. Судя по разговору мужчин, создавалось впечатление, что парень не врет.
Бандиты приперли его основательно, чтобы возвратить часть денег, предложили убить банкира. Какая роль в истории с покушением отводилась именно Николаю до конца не было ясно. Он сообщил, что для получения более обстоятельных распоряжений через два дня в одном из московских казино он должен встретиться с преступным авторитетом по кличке Гвоздь.
Всю имеющуюся информацию мы доложили руководству и стали разрабатывать план действий по предотвращению преступления и аресту членов преступной группы. С сотрудниками, участвующими в операции, было проведено совещание. Личный состав был поделен на несколько групп, наделенных соответствующими предписаниями. Начальник управления взял дело под личный контроль.
Когда план был готов, он вызвал меня доложить о схеме проведения операции.
— Людей хватит? — по окончании моего доклада спросил генерал.
— Неплохо бы усилить группу внешнего наблюдения и привлечь бойцов спецотряда быстрого реагирования.
— Этот вопрос мы решим. Что еще?
— Нет полной уверенности в том, что это не провокация со стороны преступных сил. Слишком уж сомнительная личность этот Николай, — выразил я свои сомнения.
— Ладно, начинайте операцию, по ходу разберемся, — решил генерал.
Проинструктировав Николая, снабдив его миниатюрным подслушивающим устрой­ством и выдав пятьсот долларов на расходы, мы отправились на запланированную встречу.
Сначала все шло по плану. Николай встретился с членами бандгруппы, но в тот момент, когда вроде бы началась их беседа, подслушивающее устройство внезапно отключилось. В нашей практике подобное случалось, но тут, как назло, в самый неподходящий момент… Молчание длилось почти двадцать минут, после чего связь восстановилась, и мы почти два часа слушали какие-то пустые разговоры. Когда Николай вышел, потребовали у него объяснений. Он сказал, что встреча состоялась, бандиты приказали ему завтра в одиннадцать часов прибыть на ВВЦ к фонтану «Дружба народов», куда придет и их представитель. Он должен передать Николаю винтовку с оптическим прицелом и объяснить дальнейшие действия.
На следующий день была суббота, и Центр напоминал настоящий муравейник. Бесконечный людской поток очень затруднял нам работу. Вновь «снарядив» Николая, мы заняли выжидающие позиции. Вдруг он, ходивший взад и вперед перед павильоном, исчез в толпе. Вместе с его исчезновением замолкло подслушивающее устройство. Затем на мгновение включилось, и мы услышали мольбы о пощаде. И снова гробовая тишина. Где он, кто хочет с ним расправиться? Нас охватили самые мрачные мысли: может, его истязают в одном из подвалов многочисленных павильонов? Я отдал приказ усилить наблюдение у входов и выходов на ВВЦ.
Приближался вечер, а Николай как в воду канул. Работники Центра готовились закрывать ворота, и мы начали подумывать о бесславном провале операции, как вдруг появился Николай. Смотрим: жив-здоров, оглядывается по сторонам и намеревается спешно покинуть территорию Центра. Нас это насторожило. Когда он очутился за воротами, мы пригласили его в машину и попросили объяснить свое странное поведение. Николай начал энергично рассказывать о том, что преступники, пригрозив, затащили его в один из павильонов и потребовали, чтобы он взял на себя убийство. Обещали хорошо заплатить и прочее. По тому, как он путано говорил, было очевидно, что все выдумывает. Неужели его так сильно запугали? Но оказалось все куда серьезнее. Привезя молодого человека в управление, мы подвергли его основательному перекрестному допросу. В конце концов он сдался и начал давать признательные показания о своих московских «гастролях».
Действительно, в родном Кургане он пострадал от преступников, но отнюдь не опустил руки, а решил сам стать мошенником. Перебравшись в Москву, он сразу же начал «работать» по-крупному, выбрав мишенью преступного промысла хозяина преуспевающего банка. Собрал достаточно сведений о нем и членах его семьи, о близком окружении. С целью усиления психологического воздействия даже достал их фотографии. Затем, явившись в банк, через сотрудников оповестил банкира о готовящемся на него покушении и одновременно предложил свои услуги по предотвращению убийства. За свои услуги предъявил счет, измеряемый кругленькой суммой.
Эта комбинация должна была сработать, если бы бывший чекист не обратился к нам.
Но мы не могли и предположить, какая неожиданность нас ждет впереди. Когда мошенника показали в криминальной хронике по телевидению, к нам обратились еще пятеро потерпевших банкиров, которые пострадали от его махинаций. Поражало, как этот провинциал смог обвести вокруг пальца финансовых воротил, искусных игроков на биржевых рынках, выудив у них в общей сложности около сорока тысяч долларов. В своей «игре» Николай руководствовался тем, что банкиры вовсе не святоши и разбогатели они отнюдь не праведным путем, к тому же в условиях жестокой конкуренции, а это подразумевает возможные угрозы как здоровью, так и жизни. Все эти обстоятельства превратили их в боязливых и осторожных существ. Этим и воспользовался вымогатель.
Нужно, конечно же, отдать должное логике и проницательности Николая. В те годы в банкиров часто стреляли, взрывали их машины, отравляли, похищали членов семей и прочее. Зачастую определенная доля вины в распространении подобных явлений была на совести сотрудников служб безопасно­сти банков. Не имея практического опыта борьбы с подобными фактами, они вместо обращения в правоохранительные органы пытались действовать самостоятельно, нередко выполняя условия, выдвигаемые шантажистами. И тут Николай оказался в нужное время в нужном месте. Однако суд счел необходимым изменить и место, и время его пребывания на свободе.

Владимир Винокур: «Теперь стало модно нападать на милицию»

 

Мы не смогли обойти стороной широко отмечаемый общественностью первоапрельский праздник — День Юмора и Смеха и решили пригласить в нашу гостиную яркого представителя юмористического цеха современной эстрады. Встречайте — наш сегодняшний гость народный артист Российской Федерации Владимир ВИНОКУР. Более того, этот номер газеты выходит как раз в день его рождения.

НАША СПРАВКА

Родился 31 марта 1948 года в Курске. Эстрадная карьера Владимира Винокура началась с победы в международном конкурсе, проходившем в знаменитом пионерском лагере «Артек», где он спел «Бухенвальдский набат» композитора Вано Мурадели и стал лауреатом, получив золотую медаль из рук первого космонавта Юрия Гагарина. С 1963 по 1967 годы обучался в Курском монтажном техникуме. По окончании техникума был призван в армию, службу проходил в ансамбле песни и пляски Московского военного округа в Москве. В 1974 году окончил отделение актеров музыкального театра ГИТИС в Москве. Параллельно работал в Цирке на Цветном бульваре. В 1977 году стал лауреатом Всероссийского конкурса артистов эстрады. В 1978 году в составе советской делегации вместе с известными артистами принимал участие во Всемирном фестивале молодежи и студентов в Гаване. В 1984 году ему присвоено звание Заслуженного артиста РСФСР, а в 1988 году — Народного артиста России. Награжден орденом «Знак Почета» (1990), орденом Почета (2000), восемью медалями. В 1998 году в честь 50-летия на площади Звезд у ГЦКЗ «Россия» была заложена звезда его имени. В 1989 году Винокур создает собственный театр пародий, руководителем которого является по настоящее время. В 1997 году театр получил статус государственного.

Наш разговор я начал с поздравления.
— Дорогой, Владимир Натанович! С днем рождения поздравляет вас вся редакция газеты «Петровка, 38». Пусть не иссякает в вас дар Божий, это золотое умение рассмешить людей. Не буду скрывать — знакомы мы с вами больше двадцати лет. Благодаря Толе Дубоделу. А вот интервью взять я сподобился только сейчас. Скажите, когда впервые вы в себе обнаружили способность пародировать?
— Сначала это происходило в дружеских компаниях: просто дурачились. Самым первым, кого я пытался копировать на эстраде, был Анатолий Папанов. Все его сценки из фильма «Берегись автомобиля» знал наизусть. А какой богатый материал для пародий на Папанова — мультяшки «Ну, погоди!»… Потом стал пародировать хазановского студента кулинарного техникума. И пошло, пошло…
— Как у вас обстоят дела со свободным временем? Оно есть?
— Очень и очень мало. Практически совсем нет. Особенно меня огорчает, что я мало посвящал времени своим родителям. Все время корю себя за это.
— Расскажите о своих близких.
— Папа был предан искусству, хотя по профессии — строитель, и брат мой инженер­строитель, и я строительный техникум окончил, правда, параллельно с музыкальным училищем. А после армии поступил в театральный институт. Мама преподавала в школе русский язык и литературу; она привела меня в Дом пионеров, где я впервые запел, потом перешел в драматический кружок. И мама, и папа, и старший брат верили в меня и никогда не чинили препятствий в моем движении по жизни, учебе, работе. С папой мы были настоящими друзьями, я доверял ему свои мальчишеские секреты. В семье мы звали папу нашим главным режиссером. Я звонил и писал родителям в Курск из любого места — даже из пролива Босфор, с теплохода. Маме я и теперь звоню каждый день. Одно время жена Тамара не понимала этого: «Ну зачем каждый день и все одно и то же?» И я ей сказал, много лет назад сказал, что когда­нибудь у нас будет много денег, совершенная телефонная система, но уже некому будет звонить… И она поняла.
— Правда ли, что в семье Винокуров растет еще один незаурядный артист? Вернее, артистка…
— Вы о моей дочери Насте?
— О ней. Говорят, что Анастасия Владимировна довольно серьезно занимается балетным искусством и добилась на этом поприще немалых успехов. Так ли это?
— Люди не обманывают. Настя действительно хорошо танцует — в Большом театре. Но балет, замечу, не единственная ее творческая ипостась. Параллельно дочь увлеклась цирком и прекрасно освоила такие сложные цирковые снаряды, как кольца, канат, полотна.
— Вы не хотите как-нибудь выступить с дочерью в одной программе?
— А это уже случилось! На одном из «Голубых огоньков» я пел, а Настя работала — замечу, без страховки! — наверху.
— И вам не было за нее страшно?
— Если честно, то поначалу очень переживал. Но дочка меня успокоила, заявив, что под куполом цирка чувствует себя куда в большей безопасности, нежели на земле.
— В свое время вам часто приходилось участвовать в правительственных концертах. Правда ли, что для участия в таких концертах начинающему артисту нужно иметь влиятельных покровителей?
— Почему же в правительственных? Концерты по телевидению смотрела вся страна, десятки миллионов зрителей. А участие в праздничных концертах показывало уровень артиста. В тех программах работали Аркадий Райкин, Геннадий Хазанов, Евгений Петросян, Муслим Магомаев, Евгений Мартынов, Вахтанг Кикабидзе, Людмила Зыкина, Иосиф Кобзон, Лев Лещенко, Эдита Пьеха, Валентина Толкунова. Всех и не перечислить. Но это были настоящие звезды, звезды на все времена. Так что здесь и речи не могло быть о каком-то блате, ведь миллионы зрителей обмануть невозможно. Грустно, что иных уж нет, а те далече….
— В родном Курске часто бываете?
— Случается. Приезжая на гастроли, хожу по улицам. Смотрю на монумент, установленный в память участников Курской битвы, и вспоминаю отца. Он работал директором при строительстве этого монумента. И монумент, да и весь этот город — словно памятник моему отцу. Он участвовал в строительстве заводов, сначала в качестве инженера, а позже директора огромного объединения, которое включало в себя пять крупнейших предприятий, в том числе — Железногорск, Курская магнитная аномалия, Атомная станция имени Курчатова…
«Две горы, две тюрьмы и посередине — баня» — так говорят о Курске местные жители. Городок провинциальный, небольшой. Короткие улицы, неширокие проспекты, невысокие дома. Зато деревья старые и очень зеленые. Когда я был маленьким, то удивлялся, почему в городе такие названия у районов: «Казацкая  слобода», «Стрелецкая»? Потом прочитал об истории Курска книжку и понял: военные люди — казаки, стрельцы — построили этот город. Они жили здесь и охраняли Россию от вражеских набегов. Давным давно это было, когда Курском Россия заканчивалась. Настолько давно, что даже Москвы еще не было. Потому что Курск старше Москвы. Курск чем еще знаменит? Строительный техникум, в котором я учился, в 20-е годы назывался Земельным училищем, и его окончил Брежнев. В местечке Калиновка, под Курском, родился Хрущев. Еще один  Курск — единственный город, где обо мне говорили: «Вот пошел сын Винокура». Теперь так говорят о моей семье: «Это родственники артиста Винокура». Но для курян я всегда буду сыном своего отца, Натана Львовича. Я горжусь земляком  Михаилом Щепкиным: великий был актер. Жил и работал в Курске. Георгий Свиридов, Афанасий Фет — тоже «куряне».
— Правда ли, что вам присвоено звание почетного гражданина Курской области?
— Такой подарок земляки приготовили мне к 60-летнему юбилею.
— Чего вы боитесь в этой жизни?
— Остаться без работы. Работа — моя жизнь. После катастрофы, которая случилась в Германии, немецкие врачи считали, что я вообще не смогу ходить; а наши доктора сложили меня по кускам, научили сидеть, вставать, ходить и сказали: «Все остальное зависит от тебя». Я безумно хотел остаться артистом и очень старался выжить.
— Вы суеверны?
— У меня три счастливых числа: 31 марта — мой день рождения, 27 января — я остался жив в Германии и 25 октября — родилась дочка Настя. В казино я всегда ставлю на эти числа.
— И большие были выигрыши?
— Секрет. Но особо запомнился один. Это было в Атлантик Сити, где проходили концерты «Песня-95». После куша я сразу одолжил все деньги друзьям, чтобы не заводиться. Долги мне вернули в Москве.
— Вы упомянули трагедию в Германии. А были еще случаи, когда ваша жизнь подвергалась опасности?
— Одна история произошла во время войны в Афганистане. Я туда приезжал с выступлениями. Во время одного из военно полевых концертов неподалеку от нас разорвались один за другим два реактивных снаряда. Видевший все это наш боевой генерал Борис Громов потом мне сказал: «Володя, все мы до сих пор восхищаемся тем, что даже во время обстрела ты не покинул сцену». Правда, Борис Всеволодович не мог знать, что на самом деле я не убежал только потому, что пребывал в шоковом состоянии…
А вообще я несколько раз находился на грани жизни и смерти. Восемь лет назад на съемках «Аншлага» в Нижнем Новгороде меня сняли с теплохода с острым приступом аппендицита. И сразу на операционный стол с перитонитом. Случись это посреди Волги… Чудом спасся.
Припоминается еще случай, когда теплоход «Нахимов» столкнулся с сухогрузом и затонул. Я на этом корабле должен был плыть из Новороссийска в Сочи. Мы с Лещенко давали концерт на стадионе и потом должны были сесть на теплоход «Нахимов». Но Леву вызвали в Москву, а я решил один не плыть, остался до утра. (Честно говоря, ели шашлыки с друзьями и загуляли.) А утром я отправился на маленьком катере, типа речного трамвайчика... Фактически ушел от жуткой трагедии. Моряки (накануне мы давали для них шефский концерт), работавшие в спасательных группах, искали нас с Левой среди людей, которых вытаскивали из воды. Когда мне это рассказали, было трогательно и… страшно.
— Как у вас складываются взаимоотношения с милицией?
— Отношения самые теплые, особенно с работниками ГАИ. Я вообще никогда не был злостным нарушителем. Ваши стало модно нападать на милицию. Ваши собратья — журналисты словно задались целью соревноваться: кто больше грязи выльет. Я категорически против этого. В каждой системе, будь то врачи, артисты, военные, случаются факты неприятные, даже вопиющие. Но нельзя ставить клеймо или крест на всей правоохранительной системе. В ней, в основном, люди честные, порядочные, работоспособные.
— Владимир, в чем кроется главный секрет вашего творческого долголетия?
— Он довольно прост и звучит так: надо любить не себя, а своих зрителей и слушателей, и тогда они обязательно ответят тебе взаимностью. Считаю, что вот как раз между мной и зрителями много много лет существует не просто привязанность, а настоящая любовь. Впрочем, есть у меня и еще один, «мужской», секрет. Убежден: надо всю жизнь любить женщин и не менять ориентации, особенно на старости лет (смеется).

Беседовал Эдуард ПОПОВ,
фото из сети Интернет

Под тенью императора

 

2010 год объявлен годом Франции в России и России во Франции. Он призван продолжить трехвековую историю богатых интеллектуальных и культурных обменов, взаимно обогативших французское и российское общества. В связи с этим как нельзя кстати будет история из моей жизни. А длится эта история вот уже более пятидесяти лет.

Еще в школе на уроках литературы и истории нам, послевоенным мальчишкам и девчонкам, были очень близки темы Франции, французской культуры, особенно французской революции. Романтические фильмы, такие, как «Три мушкетера», «Гаврош», романы Александра Дюма, Стендаля — все это способствовало разжиганию нашего интереса к Франции. Моим же кумиром по странному стечению обстоятельств стал император Наполеон.
Шел 1958 год. Разгар лета. Учеба в институте заканчивалась. Курс готовился к выезду в военные лагеря. Прибыли в район города Бреста, в танковую дивизию, недалеко от Брестской крепости. Разместились в старых казармах, в которых успели пожить солдаты Российской Империи, красноармейцы, немецкие солдаты, и наконец, вместе с советскими солдатами и студенты МВТУ имени Баумана. Днем, как и положено, изучение танковой техники, оружия, строевая, кроссы, а вечером наша студенческая самодеятельность выступала перед личным составом. Однажды в клубе показывали иностранный фильм, в котором были исторические военные сражения. Как назывался фильм, не помню, да я его и не смотрел. Но мои сокурсники, вернувшись после сеанса в казарму, сказали, что видели меня в кино. Главный герой фильма в красивом военном облачении с эполетами был как две капли воды похож на меня. Речь шла о Наполеоне. Меня это не впечатлило. Ну мало ли кто на кого похож. Со временем я забыл об этом случае.
В 1961 году Наполеон вновь возник рядом со мной. Мой тесть, народный артист РСФСР Александр Павлович Шатов, служил в драматическом театре им А.С.Пушкина и в то время в театральном мире был достаточно известен, снимался в кино. Наиболее известные его работы в фильмах «Гобсек» (Дервиль), «Ленин в 1918 году» (Константинов — один из руководителей заговора эсеров), «Глинка» (Бенкендорф), «Убийство на улице Данте» (следователь), «Тихий Дон» (генерал Листницкий), «Золотой эшелон» (Колчак) и ряд других. Беседы с тестем всегда были интересны и познавательны.
Жили мы тогда на Беговой улице в двухэтажном доме засыпного типа, построенном пленными немцами, в маленькой двухкомнатной квартире без многих удобств. Как-то вечером сидели мы с тестем дома и мирно беседовали. Александр Павлович внимательно наблюдал за мной и вдруг произнес:
— На Мосфильме готовятся съемки фильма «Война и мир». Снимает Сергей Федорович Бондарчук. Ты очень похож на Наполеона. Я лично себе именно таким его и представляю. Я бы на твоем месте попробовался.
Для меня его слова были неожиданны, но приятны. Конечно, я понимал, что бросаться в неизвестность опасно.
К сожалению, в том же году тесть умер. Я тогда как раз перешел работать инструктором отдела рабочей молодежи в Московский горком комсомола. Горком размещался в красивом здании в Колпачном переулке, дом 5. Во время войны в этом доме свою комсомольскую путевку в бессмертие получила Зоя Космодемьянская. В настоящее время в этом здании располагается какой-то коммерческий банк.
Инструкторы нашего отдела часто встречались с секретарями комсомольских комитетов крупных заводов, институтов, министерств, творческих организаций. Как то у меня состоялась встреча с секретарем комитета комсомола Мосфильма. В конце беседы я рассказал ему о разговоре с моим тестем, который увидел во мне известного персонажа. Он тоже внимательно на меня посмотрел, а потом сказал:
— Знаешь что, дай мне свою фотографию.
Фотокарточка для документа у меня с собой была, и я ее отдал. Через несколько дней у меня раздался телефонный звонок. Звонили с киностудии. Попросили подъехать. Я прибыл к назначенному времени. Получил пропуск и инструктаж, где найти павильон с дирекцией фильма «Война и мир».
Встретил меня помощник режиссера. После короткой беседы мне предложили посмотреть альбомы, где были собраны репродукции с картин, на которых был изображен Наполеон.
Меня спросили, знаю ли я французский.
— Нет, — честно ответил я.
Через некоторое время меня повели по коридорам студии. Я увидел долговязого парнишку. Это был Никита Михалков. Он уже был утвержден на роль в картине. Наконец, подошли к гримерной. Гример, который был нам нужен, сидел в коридоре на диване. Помощник, подходя к нему, сказал:
— Вот, привел тебе Наполеона.
— Вижу, — ответил он.
Меня усадили в кресло. Гример приложил к моей голове накладку (у меня уже начала проявляться небольшая лысина, и ее нужно было скрыть). Приклеил. Наложил грим. Потом меня отправили в костюмерную, подобрали военную форму с эполетами. Закончив свою работу, гример передал меня фотографу. Тот сделал несколько снимков. Затем дали текст с французскими словами в русской транскрипции, чтобы я его выучил. Пробы состоялись.
Напутствовали меня оригинально:
— Страшного ничего нет. Вам не придется много говорить. Императора играет свита.
С тем я и ушел. Дальше — тишина.
Фильм уже снимался, и как-то раз я оказался недалеко от Краснохолмского моста. Там шла съемка эпизода. Подготовлена была бревенчатая изба, которой была уготована участь сгореть в пожаре. На том месте в 1960 году стояло одноэтажное здание барачного типа, в котором началась моя первая после окончания института производственная работа в должности монтажного мастера с окладом в сто рублей. Это было Управление по монтажу холодильных и специальных установок. Так вот, именно на это место я почему¬то приехал. Зевак вокруг военной палатки было много. Стояли наготове пожарные машины. Я пробрался к границе оцепления и увидел того самого помощника режиссера, который беседовал со мной на Мосфильме. Такой случай упускать было грех. Я сложил на груди руки и стал ждать «поклевки». Сработала она сразу. Через несколько мгновений помощник вошел в палатку и вскоре вышел вместе с Бондарчуком. Они смотрели на меня, а я смотрел на них. Потом я улыбнулся и пошел по своим делам.
Фильм вышел на экраны. Наполеона играл замечательный ленинградский актер Владислав Стржельчик.
Но история на этом не окон¬чилась. Где-то в середине 70-х годов прошлого века на партийной конференции Киевской районной партийной организации, которая проходила в Филях, во Дворце культуры завода им. Хруничева, я оказался рядом с двумя известными военными. Это были маршал Советского Союза Виктор Георгиевич Куликов и генерал армии Алексей Алексеевич Епишев, более 20 лет возглавлявший Главное политическое управление Советской армии и Военно-морского флота. Оба — Герои Советского Союза. Они были делегатами конференции, а я — секретарем Киевского райкома партии.
Эти военные поглядывали в мою сторону и о чем-то переговаривались. Примерно я догадывался, о чем они говорили. Я подошел к ним и спросил:
— Почему вы так внимательно на меня смотрите?
Они улыбнулись и ответили:
— Вы нам одного военачальника напоминаете.
— Кого? Наполеона?
— Да, — весело ответили они.
Я поведал им свою историю, у которой было продолжение.
В 1982 году я работал начальником УВИР ГУВД Мосгорисполкома, опять же в Колпачном переулке, но в другом доме. Однажды меня пригласили на прием в посольство Чехословакии. Среди приглашенных присутствовал и Сергей Бондарчук. К этому времени мне уже было 49 лет. Я решился подойти к Мастеру.
Представившись, я рассказал ему, как пробовался на роль Наполеона. Сергей Федорович очень внимательно посмотрел на меня, а потом, улыбнувшись, сказал:
— Похож. Очень похож.
Я извинился, что отвлек его от общения с гостями, и с легким сердцем поехал домой.
О том, что не сыграл ту роль, нисколько не жалею. Говорят, для того чтобы петь в Большом театре, нужно только нахальство, а если еще и голос есть, это совсем хорошо. Нахальства у меня не было, да и актерских способностей тоже. Единственное, что осталось — фотография, снятая на Мосфильме.
Интерес к событиям того далекого времени рос. За прошедшие годы удалось собрать небольшую домашнюю библиотечку о Наполеоне, прочитать книги академиков Тарле, Манфреда о Наполеоне, о Французской буржуазной революции, изгнании Наполеона из Москвы и России. Единственное, что не удалось сделать, так это побывать в Париже. А хотелось бы постоять в Пантеоне, где покоится прах Наполеона. Скрестить на груди руки и понаблюдать за реакцией парижан.
Академик Е.Тарле еще в 1935 году в своем исследовании «Наполеон» писал: «Наполеон, по единодушным признаниям специалистов, является величайшим военным гением мировой истории». Французский писатель Стендаль в предисловии к книге «Жизнь Наполеона» написал так: «Поскольку каждый имеет определенное суждение о Наполеоне, это жизнеописание никого не может удовлетворить полностью». Сегодня историки вновь возвращаются к личности Наполеона. Значит, не только я жил все эти годы под тенью императора, но и просвещенные ученые умы.

Полковник милиции в отставке
Геннадий Иванович ТОМИН

Регулировщицы победы

 

Очередное профилактическое мероприятие «Весенние каникулы» ОГИБДД УВД по ЮВАО решил посвятить грядущему юбилею Победы нашей страны над фашистскими захватчиками. В этот раз сотрудники отдела пропаганды пригласили на встречу с детьми ветеранов Великой Отечественной войны. И, главное, нашли тему, о которой ребятам еще никто не рассказывал. Всех заинтриговало название — «Регулировщицы Победы». Оригинальность идеи оценила по достоинству и наша газета, корреспондент которой также отправился в гости к воспитанникам ГОУ «Начальная школа — детский сад № 1760».

Честно говоря, когда я впервые услышал про тему регулировщиц, мне вспомнилась сцена из классики отечественного кинематографа — фильма «Место встречи изменить нельзя». Помните, когда бандит Фокс скрывается вместе со своим водителем на грузовике, а на дорогу перед ними выскакивает хрупкая девушка-милиционер со свистком и жезлом? И в фильме, и в книге «Эра милосердия» братьев Вайнеров, по которой он снимался, эта девушка погибает. Изначально, по замыслу авторов, дорогу бандитам преградила невеста Володи Шарапова — Варя Синичкина.
В этом фильме много красавиц, но лишь одна, безусловно, положительная. Это и есть комсомолка Варя, полюбившаяся одному из главных героев кинокартины — Шарапову. По замыслу Вайнеров, судьба Вари была более типичной, а потому более трагичной, чем ее экранная жизнь. «В сценарии Варя погибала. Таково было знамение времени, когда на место ушедших на фронт сотрудников милиции призывали военнообязанных женщин. Эти девочки гибли почти на каждом ночном дежурстве, — утверждает Аркадий Вайнер. — Ведь девушка для бандита, даже не слишком матерого, — лакомая приманка, легкий способ заполучить оружие». Однако телевизионное начальство приказало Варю воскресить, сославшись на то, что у расстроенных ее гибелью зрителей упадет производительность труда. Сейчас такой аргумент кажется смехотворным, но за спасение Вари мы цензорам искренне благодарны (да простят нас авторы). Однако полностью убирать из фильма сцену, где девушка на посту отдает свою жизнь только для того, чтобы остановить бандитов, конечно, не стали. Ведь в ней не было никакого преувеличения: все, кто вернулся с фронта, победив фашистскую махину, которая изначально подмяла под себя всю Европу, были свято уверены, что и с бандитами в собственной стране они справятся.
Именно о них — советских девушках и женщинах, самоотверженно исполнявших свой долг на войне и в самые тяжелые послевоенные годы, — учащимся пришли рассказать члены Совета ветеранов района Выхино-Жулебино Мария Ниловна Терешкова и Клавдия Федоровна Грачева. Снайперы и зенитчицы, летчицы и саперы, разведчицы и санитарки, а еще повара, прачки, регулировщицы — пожалуй, не найти такой военной профессии и такой военной работы, в которой бы обошлись без женщин. У ребят возник закономерный вопрос: почему их было так много на фронтах Великой Отечественной войны?! Неужели без них невозможно было обойтись?
Гостьи, чьи судьбы самым непосредственным образом связаны с той ужасной войной, с удовольствием ответили ребятам на их вопросы. Самое главное, на взгляд ветеранов, заключается в том, что наша Родина столкнулась тогда со смертельной опасностью. Беда была слишком велика. Под угрозой гибели оказалось само существование народа, его свобода и независимость, будущее страны. Поэтому естественной ответной реакцией стало желание дать отпор врагам. В этом порыве и мужское, и женское население было едино. Но женщинам безусловно старались отводить более легкие задачи. Таковой являлась и военная профессия регулировщика движения. В обязанности дорожной постовой на войне входило внимательное наблюдение за порядком и передвижением транспорта на вверенных участках.
Тысячи молоденьких девчушек участвовали в ежедневном бесперебойном обеспечении фронта вооружением, техникой, пополнением личного состава. И все это на фоне бомбежек и непрекращающихся боев. Немало из них, до конца остававшихся на своем посту, так и не дожили до светлого дня Победы.
Сегодня, когда со многих документов военного времени сняли гриф «Секретно», становится понятно, что регулировщиц нередко калечил и убивал не только враг, но и свои же горе-водители. Многие лихачили за рулем или, напротив, не имели должного опыта. Попадались и дезертиры, которых в ту суровую пору на дорогах разъезжало немало. Так что женская служба регулировщиц движения считалась столь же опасной, как и у солдат на передовой. Но даже в таких условиях самоотверженные регулировщицы прифронтовых трасс быстро учились отличать шоферов-ветеранов от суетливых новичков. Первые всегда вели машины, соблюдая дистанцию и правила движения. Новенькие же, попав в большой транспортный поток, рвались вперед, хотели поскорее добраться до места и поэтому шли на обгон. Иные даже не реагировали на знаки регулировщиц, тем самым только создавали еще большие заторы. Таким горе-водителям «хозяйки дорог» лично преграждали путь. Всякий раз приходилось выслушивать ругательства. Водители бранили регулировщиц и за то, что те пытались подсадить к ним раненых. Поэтому дежурили девушки обычно по двое, чтобы в случае чего одна могла прийти на помощь другой.
Частые дежурства, конечно, изматывали, и самым большим желанием было просто поспать часок-другой. Но бывало, их вместо отдыха ставили на другие посты, ведь людей катастрофически не хватало. Особенно трудно было дежурить ночью. Часто приходилось стоять на посту и под артобстрелами, и под налетами фашистской авиации. Но какими бы трудными ни были их военные будни, женщины-регулировщицы никогда не жаловались на судьбу и не унывали. За это их и ценило руководство. А им самим в таких непростых условиях только и оставалось напевать для поднятия духа популярную тогда песенку, написанную как будто про них: «Эх, путь-дорожка фронтовая! Не страшна нам бомбежка любая. А помирать нам рановато, есть у нас еще дома дела…»
«Дороги современные, дороги военные» — это и стало очередной темой встречи учащихся, ветеранов и автоинспекторов. Свидетельством тому, что боевые подвиги регулировщиц движения не забыты по сей день, стали стихи одного из современных поэтов.

Регулировщица в потертой гимнастерке,
С девичьей грудью и косичками вразлет,
Глотая воздух фронтовой
Полынно-горький,
Одним движением гнала войска вперед!
Березкой тоненькой
на выжженном пригорке,
Российским символом красавицы весны,
Регулировщица в потертой гимнастерке,
Мадонна среди ужасов войны…

Этих хрупких самоотверженных девушек ребята увидели на фотографиях времен Великой Отечественной. Об их подвигах учащимся рассказали женщины-ветераны. Оказывается, вклад регулировщиц в общую Победу руководством нашей страны не остался незамеченным и нашел свое отражение в монументах. По окончании войны появились памятники девушкам-регулировщицам на трассе Ростов—Донецк, на месте которой проходили ожесточенные бои, а также под Санкт-Петербургом, где проходила знаменитая «Дорога жизни».
— Мы не устаем говорить о военном времени, — обратились к присутствующим члены Совета ветеранов района Выхино-Жулебино. — Всегда очень приятно осознавать, что молодое поколение интересуется историей нашей Победы. Такие встречи и нам дают заряд энергии и хорошего настроения. В нашем округе много школьных музеев, посвященных Великой Отечественной войне, именами героев названы улицы нашего округа.
От имени ветеранов ребятам была подарена книга под названием «Юго-Восточный округ. Имена в названьях улиц». В ней даны краткие биографии и описания боевых путей героев, чьи имена носят улицы ЮВАО (Вострухина, Полетаева, Гурьянова и других).
Как рассказала старший инспектор пропаганды безопасности дорожного движения ОГИБДД УВД по ЮВАО г. Москвы майор милиции Оксана Клименко, подобные встречи всегда вызывают у ребят живой интерес. Когда о военных годах рассказывают непосредственные очевидцы, послушать их приходят буквально все учащиеся. Потом девчонки и мальчишки сами стараются показать ветеранам, что уже чему-то научились. Например, освоили правила дорожного движения. Таким образом, совместное плановое мероприятие превращается в интересное полезное занятие. В этот раз и тему подсказали сами ветераны, так что автоинспекторам оставалось только еще раз напомнить ребятам о том, что означают сигналы современного регулировщика движения.
О необходимости его работы на современных трассах говорить излишне. В ряде случаев — например, при выходе из строя светофора, заторе на перекрестке, аварии — наладить движение транспорта и пешеходов может только регулировщик. Для ребят тема профилактической беседы звучала следующим образом: «Сигналы регулировщика — легко и просто». Сотрудники отдела пропаганды постарались максимально доступно разъяснить слушателям, как грамотно распознавать ручное регулирование движения. Сейчас многие водители забыли, что есть такое понятие, как сигналы регулировщика. А между тем, регулировщик — это «живой» светофор, и его сигналы также обязательны для выполнения, как и сигналы привычного светофора. Сигналы регулировщика в одинаковой степени относятся как к автомобилистам, так и к пешеходам. Положение рук регулировщика, его корпуса, а также дополнительные жесты либо запрещают, либо разрешают движение в том или ином направлении. Сигналы регулировщика могут подаваться жезлом или диском, который имеет светоотражатель или красный сигнал. Но это только меры для улучшения видимости. Сигналы регулировщика необходимо соблюдать и в том случае, если они подаются без специальных средств. Для дополнительного привлечения внимания регулировщик может пользоваться свистком.
Итак, приведем основные сигналы регулировщика, которые будет не лишним вспомнить и нашим взрослым читателям.

Регулировщик поднял руку вверх
Такой сигнал регулировщика говорит о том, что движение любого транспорта и пешеходов запрещено. Причем этот сигнал запрещает движение во всех направлениях одновременно. Применяется такой сигнал регулировщика в тех случаях, когда нужно полностью освободить перекресток, например, для того, чтобы пропустить машины спецтранспорта, которые следуют с включенными соответствующими сигналами (пожарная служба, милиция, «скорая помощь» и так далее).

Руки регулировщика вытянуты в стороны или опущены
В этом случае имеет значение положение корпуса регулировщика. Если к водителю обращена спина или грудь, то данный сигнал регулировщика запрещает движение. Если же регулировщик стоит к вам боком, то такой сигнал разрешает вам движение прямо и направо. В то же время водитель трамвая не имеет права на поворот и может двигаться только в том случае, если пересекает перекресток по прямой. Этот же сигнал регулировщика позволяет пешеходам переходить дорогу.

Регулировщик вытянул вперед правую руку
И снова имеет значение положение корпуса. Если вы видите грудь регулировщика, то можете проезжать направо. Другие направления движения запрещены. Если регулировщик стоит к вам правым боком или спиной, то движение в любом направлении запрещено. Если регулировщик стоит к вам левым боком, то вам повезло — движение разрешено во всех направлениях. При этом помните, что пешеходы при таком сигнале регулировщика имеют право переходить дорогу за его спиной.

Существует несколько общих правил, которые помогут легче запомнить значение сигналов регулировщика.
1. Регулировщик всегда разрешает движение только с двух сторон перекрестка.
2. Вытянутые руки всегда показывают на направления, откуда движение разрешено.
3. Спина регулировщика — это красный сигнал светофора: всегда запрещает движение в любом направлении.
4. Трамваям разрешено движение вдоль рук регулировщика, а машинам еще и разрешается движение правее.

При смене положения регулировщика водителям разрешается не применять экстренное торможение и завершить маневр. Водителям разрешено продолжить движение, если команда регулировщика или запрещающий сигнал светофора застали их на перекрестке или при въезде на него во время движения. Если аналогичные сигналы застали пешеходов на проезжей части, то они обязаны закончить переход или остановиться на островке безопасности или осевой линии.
И последнее, но самое главное — водители и пешеходы должны выполнять требования сигналов и распоряжения регулировщика, даже если они противоречат сигналам светофора, требованиям дорожных знаков или разметки. Помните об этом, особенно сейчас — во время весенних школьных каникул. Ребят ждет еще много встреч с интересными людьми в центрах творчества, библиотеках и музеях, а это значит, нам, взрослым, необходимо быть предельно внимательными, соблюдать скоростной режим в местах проведения детских мероприятий, не проходить мимо нарушений ПДД детьми и всегда быть для них примером.

Константин ДОДОНОВ,
фото автора и из сети Интернет

Актуальные вопросы — откровенные ответы

 

В УВД по ЮЗАО четко налажена система обратной связи: граждане имеют возможность воспользоваться телефоном доверия, отправить сообщение на пейджер начальника управления, прийти на прием руководства ОУВД. Жители регулярно принимают участие во встречах с руководителями и сотрудниками территориальных отделов. О деятельности УВД население также узнает из печатных и электронных СМИ, где систематически выступают руководители аппарата УВД, подразделений и служб окружного управления. В программах кабельного телевидения «Юго-Запад», весьма популярного среди жителей округа, значительное место отведено милицейской тематике. Кроме того, в эфир еженедельно выходит информационно-аналитическая программа «Безопасная среда», посвященная вопросам обеспечения общественной безопасности на территории округа и укрепления законности. В этой студии начальник УВД по ЮЗАО — частый гость. В начале марта он участвовал в программе, и наш корреспондент записал ответы генерал-майора милиции Андрея ПУЧКОВА на самые актуальные вопросы жителей округа.

—Как вы оцениваете работу окружного управления?
— Это не очень удобно самому оценивать работу вверенного мне управления. Но в целом, по оценке столичного ГУВД, подразделения и службы УВД по ЮЗАО в прошлом году отработали на хорошем уровне. По итогам мы входим в четверку окружных управлений, имеющих положительные тенденции оперативно-служебной деятельности. Увеличилось количество раскрытых преступлений, в том числе тяжких и особо тяжких. Положительный результат имеется и по раскрытию видовых составов преступлений. За два месяца текущего года раскрыто преступлений больше, чем за аналогичный период прошлого года: общеэкономической направленности — на 6%, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью — на 30%, угонов автотранспорта — на 71,4%, квартирных краж в два раза больше. Кроме того, в округе отмечается небольшое снижение зарегистрированных преступлений. Это тоже немаловажный итог, поскольку одна из основных задач правоохранительных органов — охрана общественного порядка и профилактика преступлений. Результаты говорят о том, что при всех имеющихся проблемах и трудностях личный состав нашего УВД может работать результативно. Большинство сотрудников правоохранительных органов честно и добросовестно выполняют свои обязанности. Надеюсь, что положительные тенденции в нашей работе сохранятся и в текущем году.
— Какие задачи у службы собственной безопасности, чем занимаются ее сотрудники?
— В целом служба собственной безопасности в системе МВД предназначена, прежде всего, для охраны сотрудников правоохранительных органов от различных преступных посягательств. Не секрет, что непосредственно во время работы, а также и во внеслужебное время сотрудники милиции подвергаются различного рода противоправным действиям, в том числе и покушениям на жизнь со стороны представителей криминальной среды. В ходе оперативно-разыскных мероприятий, расследований тяжких уголовных преступлений наши сотрудники встречаются лицом к лицу с преступниками, одних задерживают, другие остаются в тени и представляют реальную угрозу для стражей правопорядка. Это особенно актуально с учетом наличия у преступников современных технических средств и оружия. Так вот, служба СБ призвана обеспечивать безопасность сотрудников милиции, которые в процессе своей деятельности подвергаются преследованиям, угрозам со стороны преступников. При этом учитывается и потенциальная опасность.
Очень важное направление работы службы собственной безопасности — очищение милицейских рядов от недостойных сотрудников. Задача актуальная, на ней не раз заостряли внимание и президент страны, и министр внутренних дел России, и начальник ГУВД по городу Москве.
Резонансные преступления и происшествия, имевшие место в прошлом году, участниками которых были люди в милицейской форме, вызывают серьезную обеспокоенность не только у граждан, но, могу вас заверить, и у нас. К сожалению, и в этом году не удалось избежать фактов противоправного поведения сотрудников, нанесших вред репутации милиции.
Мне как милиционеру, офицеру неприятно, когда обобщают частности и о милиции в целом говорят только негативные вещи. Безусловно, в работе правоохранительных органов больше положительных примеров, и это нормально. Однако некоторые представители милицейской профессии не только злоупотребляют служебным положением, но и совершают преступления. Сотрудники собственной безопасности призваны выявлять, предотвращать и пресекать подобные нарушения, проводить профилактическую работу с личным составом, в том числе индивидуальную — с теми, кто находится у опасной черты, за которой противоправное поведение.
Если нет сомнений, что человек ошибся или оступился, достаточно применить дисциплинарные меры, поговорить, проконтролировать, проверить, сделал ли он выводы. Если же профилактические методы и способы исчерпаны и не принесли желаемого результата, тогда в отношении нарушителей служебной дисциплины принимаются меры жесткого реагирования. Особенно, если речь идет о должностных преступлениях, совершенных сотрудниками милиции в отношении жизни и здоровья граждан, безопасности общества. В подобных случаях следует увольнение, передача материалов в следственные органы, прокуратуру и возбуждение уголовного дела. Дальше суд принимает решение, приговор доводится до всего личного состава.
Большая ответственность ложится на сотрудников подразделений собственной безопасности при проверке кандидатов, поступающих на службу в милицию. Не секрет, что иногда в правоохранительные органы пытаются проникнуть представители криминала, чтобы использовать служебную информацию для своих темных дел. Задача службы безопасности — не допустить этого. Кроме того, СБ занимается проведением спецпроверок, формированием базы данных, ведением учета. В общем, деятельность этой службы насыщенна и многогранна.
— Что входит в обязанности участковых?
— Участковый уполномоченный милиции — это сотрудник, с которым в повседневной жизни граждане встречаются довольно часто. Он работает в жилом секторе и в рамках своей компетенции старается помочь людям решить их проблемы. Иногда эти проблемы бывают настолько запутанными и сложными, что, кажется, проще расследовать какое-то серьезное преступление. Так называемые «кастрюльные» бои в коммуналках и общежитиях, склоки между недружными родственниками, проживающими на одной жилплощади, вопросы ТСЖ, проблемы между соседями многоквартирных домов: шум в ночное время, споры за место на стоянке транспорта во дворе, выгул собак во дворах и на детских площадках... Всего не перечислить. Ежедневно возникают ситуации, при которых граждане обращаются к участковому по телефону или во время приема и ждут от него безотлагательного принятия мер. Причем каждый заявитель ожидает решения вопроса в свою пользу и никак иначе.
Кроме того, на участкового возложены обязанности по отработке жилого сектора (чердаки, подвалы) в рамках антитеррористических мероприятий, по контролю за так называемым «подучетным элементом», за соблюдением правил регистрации в жилом секторе. Он занимается профилактикой уличных преступлений. На вверенной территории участковый вместе с сотрудниками военкомата участвует в призывной кампании. Также он проводит проверку надлежащего хранения частными лицами оружия, находящегося в доме. В целях предотвращения квартирных краж проводит разъяснительные беседы с жителями участка о необходимости установки охранной сигнализации — надежного способа обеспечения сохранности имущества.
Участковые уполномоченные милиции тесно взаимодействуют с инспекторами по делам несовершеннолетних. Обе эти службы входят в состав одного подразделения — ОДУУМ и ПДН. Сотрудники вместе посещают школы, неблагополучные семьи, проводят рейды.
Как правило, участковые пункты милиции расположены в жилых домах, в «шаговой доступности» для любого жителя участка. Сейчас активно обсуждается мнение о том, что участковый уполномоченный должен проживать на территории вверенного ему участка. Я поддерживаю это мнение. Ведь в таком случае этот сотрудник и во внеслужебное время раньше других может оказать помощь гражданам, предотвратить преступление, первым прибыть на место происшествия.
В социальном плане участковые уполномоченные милиции имеют определенные приоритеты. Их заработная плата несколько выше, чем у сотрудников большинства других подразделений. Но и нагрузка, которая ложится на участкового, тоже гораздо больше, чем у многих сотрудников иных служб. Кроме того, участковые наделены правом первоочередного получения служебной жилплощади. Реализуется оно пока не на все сто процентов, но мы вместе с префектурой округа к этому стремимся.
— Как вы относитесь к образу милиционера, созданному в многочисленных современных телесериалах?
— Ежедневно смотреть милицейские сериалы мне некогда, поздно возвращаюсь с работы. Но даже те немногие фильмы, которые я видел, отличаются ничем не мотивированными крайностями в создании образа героя. Либо милиционер — отъявленный негодяй, для которого нет ничего святого, либо супергерой, который один выполняет работу нескольких подразделений — быстро, четко, эффективно. Так не бывает. А еще, конечно, коробит небрежность в подборе форменного обмундирования экранных милиционеров (в том числе и положительных героев). Там столько откровенных ляпов, что фильм смотреть не хочется. Просто пародия. Неужели режиссеры или продюсеры не могут пригласить в качестве консультанта профессионала — опытного офицера милиции, ветерана службы?
— Нравится ли вам внешний вид сотрудников милиции, удалось ли добиться вежливого поведения милиционеров в общении с гражданами?
— Не только как начальнику окружного управления, но и просто как гражданину России, жителю Москвы, мне приятно видеть аккуратного, подтянутого милиционера, на котором ладно сидит чистая, выглаженная милицейская форма. Сотрудник московской милиции должен быть образцом именно потому, что служит в столице. Мы обращаем внимание на внешний вид сотрудников повседневно, в рабочем режиме, кроме того, проводим строевые смотры два раза в год, ежемесячные смотры-разводы.
Что касается оценки таких качеств сотрудника милиции, как вежливость и тактичность, пока нельзя сказать, что с этим нет проблем. Непросто перевоспитать человека или заставить быть вежливым и тактичным, если его не научили этому в семье. Требуется время, чтобы скорректировать поведенческие стереотипы, которые сложились у молодежи в последние годы в результате утраты важных нравственных ориентиров. Проблема вежливого поведения особенно касается, по мнению граждан, сотрудников патрульно-постовой службы. Скорее всего так и есть, поскольку ППС является самым многочисленным милицейским подразделением, и ее сотрудники всегда находятся на виду у жителей и гостей столицы.
Конечно, не только сотрудники ППС, но и все, кто принимал милицейскую присягу, обязаны помнить, что они служат народу. И люди вправе ожидать от стражей правопорядка уважительного отношения к себе, компетентного совета, профессиональной помощи. Эта тема является одной из приоритетных на каждом занятии в рамках служебной подготовки, правового информирования, в процессе других учебных и воспитательных мероприятий. Надеюсь, данная работа принесет свои плоды.

За плечами многолетний опыт

 
— Талант оперативника заключается в умении переиграть самого хитроумного преступника: постараться проникнуть в ход его мыслей и опередить на шаг, — считает начальник криминальной милиции ОВД по району Щукино майор милиции Василий Фирстов и добавляет. — Но хоть оперативник и является универсальным солдатом не земле, успех службы во многом зависит от коллектива в целом.
Опытный сыщик с многолетним стажем работы в уголовном розыске лишь два года назад — по настоянию руководства — сменил оперативные будни на кабинетную службу. Но настоящему оперу непросто усидеть на одном месте и устраниться от живых «земельных» дел, особенно когда за плечами такое количество раскрытых преступлений и пойманных злодеев.
 
Парень из Щукинского района
 
Василий Фирстов родился в Москве в 1963 году. В районе Щукино прошли его детство и юность. Поэтому когда он, получив педагогическое и юридическое высшее образование, принял решение пойти служить в правоохранительные органы, выбрал именно ОВД Щукино. По комсомольской путевке Фирстов пришел в отдел на должность участкового уполномоченного милиции. Но вскоре по семейным обстоятельствам он уволился из органов внутренних дел и ушел в Управление народного образования. Некоторое время работал директором школы. Вот только тоска по службе не покидала, и супруга, видя его терзания, твердо заявила: «Возвращайся в милицию».
В Щукино Фирстов вернулся уже на должность оперуполномоченного уголовного розыска. А в 2008 году возглавил криминальную милицию ОВД, которая по раскрытию тяжких и особо тяжких преступлений занимает лидирующее место в округе. Весь коллектив подразделения состоит из высококвалифицированных кадров.
— Спросите сотрудников ОВД, сколько лет они служат здесь, в районе. Каждый второй ответит вам, что не меньше 10 лет. Такова суть нашей кадровой политики: воспитание достойной смены в собственном коллективе, — говорит Василий Фирстов. — Ведь сегодня вся структура держится на тех кадрах, которые прошли еще старую милицейскую школу, много лет работали на «земле» и приобрели необходимые профессиональные знания и опыт. Вот только удержать таких сотрудников в правоохранительных органах становится все сложнее. А все из-за сильно испорченной репутации милиции верить­то граждане перестают всем без исключения сотрудникам. Обидно за ребят, которые несмотря ни на что посвящают жизнь этой профессии и стараются очистить общество от негодяев.
 
Бывалый вор — орешек крепкий
 
Эта история началась в 2003 году. Тогда Василий Фирстов был еще простым оперативным сотрудником уголовного розыска ОВД по району Щукино.
Участковый уполномоченный милиции возвращался на опорный пункт, завершив обход территории, и увидел двух дерущихся мужчин. Один из них держал в руке пистолет, а свободной рукой прикрывал глаз. Вместе с подоспевшими на выручку оперативниками уголовного розыска участковый доставил нарушителей порядка в дежурную часть ОВД для выяснения обстоятельств происшествия.
Оказалось, вечером директор столичного овощного рынка направлялся домой, при себе у него был портфель с крупной суммой денег. Возле станции метро «Щукинская» на него напали двое неизвестных и, угрожая пистолетом, потребовали отдать деньги. Мужчина не растерялся, ткнул указательным пальцем грабителю в глаз и попытался выбить пистолет. Во время борьбы второй нападающий выхватил у жертвы портфель и скрылся.
В отделении милиции установили личность доставленного грабителя, им оказался ранее судимый гражданин Белоруссии Федоренко (фамилия изменена). У задержанного изъяли пистолет ТТ и мобильный телефон, который, по предположению милиционеров, служил средством связи между участниками преступной группировки. Федоренко отказался сдать подельников; он как бывалый вор знал, что таким образом обеспечивает себе и своей семье финансовую поддержку на время, которое ему предстоит просидеть в местах лишения свободы.
У оперативников уголовного розыска созрел другой план. Шансов, что он сработает, было немного. Но без риска службу сотрудников угро представить невозможно. Опер, напихав в рот хлеба, чтобы сделать голос максимально неузнаваемым, позвонил по единственному номеру в телефоне Федоренко. Через несколько гудков в трубке раздался голос:
— Федя, это ты?
— Я, — тут же ответил оперативник, запомнив кличку Федоренко, и добавил: — Где встретимся для передачи моей доли?
Подельник назвал адрес. Группа сотрудников уголовного розыска, соблюдая все правила конспирации, отправились в указанное место. Но подельник Феди, перестраховываясь (хоть он и не видел, как Федоренко задержали милиционеры), несколько раз менял место встречи, а вместо себя присылал других. Всех их удалось задержать. Подельнику Феди удалось скрыться: видимо, чутье ему подсказало, что за ним ведется охота. Личность злоумышленника установили, его объявили в розыск.
Федоренко до суда так и не изменил решения и не раскрыл место возможного пребывания подельника, рассчитывая на поддержку своих. Ему дали семь лет.
А в 2009 году подельника Феди по тому делу нашли застреленным из пистолета ТТ… 
 
Бес попутал
 
Летом 2008 года на Открытом шоссе произошел пожар. Очаг возгорания был небольшим. Пожарные быстро потушили пламя и ужаснулись: перед ними лежал сильно обгоревший чемодан, в котором находился труп девушки.
Сотрудники правоохранительных органов установили личность погибшей. Также выяснилось, что Елена С., студентка колледжа МЭСИ, проживала в общежитии, расположенном на северо-западе столицы, была предварительно задушена. Дело об убийстве передали оперативникам уголовного розыска УВД по СЗАО.
Милиционеры разрабатывали возможные версии преступления и установили, что накануне смерти девушка получила крупную сумму денег — более 70 тысяч рублей. При обыске ее жилья деньги обнаружены не были. Версия убийства с целью наживы стала основной. А вскоре появился первый подозреваемый: Алексей, студент того же колледжа, проживающий по соседству с погибшей. В тот роковой день парень должен был прийти в опорный пункт милиции на встречу с участковым — решался вопрос по оформлению временной регистрации. Но Леша в назначенный час не явился. Участковый сообщил об этом Василию Фирстову, который попытался связаться со студентом по телефону. Алексей взял трубку, сослался на срочные дела в колледже и пообещал, что, как только освободится, придет в ОВД. В милицию парня доставили уже в качестве подозреваемого в совершении убийства, хищения денежных средств и попытке скрыть следы преступления. Основанием для задержания стала запись камеры видеонаблюдения, на которой Алексей выходил из общежития точно с таким же чемоданом, который подожгли на Открытом шоссе.
Из дальнего региона России Алексей перебрался в Москву; как только поступил в колледж МЭСИ, ему дали комнату в общежитии. Новые знакомые, жизнь вдали от родителей, веселое студенчество — у парня закружило голову от столичных тусовок. Оставалось решить единственную проблему: найти высокооплачиваемую работу, чтобы покрывать свои запредельные расходы. А сделать это студенту колледжа, который пропадает с утра до вечера на лекциях, в принципе невозможно.
Преодолевая очередной личный финансовый кризис, Алексей в один из вечеров познакомился с милой и коммуникабельной
девушкой Еленой…
— Алексей признался в совершении данных преступлений, — рассказал Василий Фирстов. — Утверждал, бес его попутал при виде такого количества денег. Поэтому он убил девушку, сходил в магазин за чемоданом, спрятал труп, вывез в парк и попытался избавиться от него. А мой звонок, как потом было установлено, застал его в тот момент, когда он поджигал чемодан. 
 
* * *
 
Служба в правоохранительных органах непроста, проблем в милиции очень много. Тем не менее остается надежда, что благодаря таким сотрудникам, как Фирстов, ситуация в скором времени изменится к лучшему. К слову, два сына Василия Фирстова, отслужив в армии, приняли решение продолжить милицейскую династию. Младший трудится в реанимационном отделении госпиталя ГУВД, а старший вот-вот пополнит ряды уголовного розыска. Пусть их профессиональный путь будет не менее славным, чем у отца!
 
 
ПОДВИГ, О КОТОРОМ НЕ ЗНАЛИ
 
Новость о пожаре, произошедшем в начале года в НИИ трансплантологии и искусственных органов им. Шумакова, расположенном на северо-западе столицы, облетела все информационные каналы и попала на страницы печатных изданий. Сообщалось о том, что благодаря профессиональным действиям пожарных расчетов жертв удалось избежать; всего из здания было эвакуировано около ста человек. Но ни один источник не упомянул о подвиге, который совершили шесть сотрудников милиции ОВД по району Щукино, вынесшие на руках из реанимационного отделения семерых человек. Подробности этой истории мне рассказал непосредственный участник спасательной операции начальник криминальной милиции ОВД майор милиции Василий Фирстов.
 
Во вторник 5 января в ОВД по району Щукино поступил сигнал, что в пятиэтажном здании НИИ трансплантологии искусственных органов им. Шумакова начался пожар. В составе следственно-оперативной группы Василий Фирстов отправился на место происшествия. Когда милиционеры прибыли по указанному адресу, территория уже была оцеплена, а пожарные проводили разведку, искали очаг возгорания. Два корпуса института были сильно задымлены, сотрудники МЧС начали операцию по эвакуации людей.
Не успели стражи правопорядка сориентироваться, как к ним подбежала сотрудница НИИ и попросила помощи. В реанимационном отделении, где находилось семь пациентов, подключенные к аппаратам, поддерживающим их жизнедеятельность, стал скапливаться дым. Передвигаться самостоятельно больные, перенесшие тяжелейшие операции, не могли и нуждались в транспортировке.
Милиционеры незамедлительно направились в корпус реанимации. Успели вовремя. Среди родственников пациентов началась паника. Были отчаянные предложения разбивать стекла и выпрыгивать из окон, мол, этаж всего третий. В худшем положении оказались лежачие больные. Электричество отключили. Вся медицинская аппаратура, поддерживающая жизнь пациентов, работала от аккумулятора, зарядка которого садилась.
Стражи правопорядка сориентировались мгновенно. Одни бросились искать переносную электростанцию, которая бы еще некоторое время поддержала аппараты искусственного сердца, почки и искусственной вентиляции легких в рабочем состоянии. Другие, тщательно осмотрев помещение и не найдя открытого очага возгорания, открыли окна, чтобы сквозняком выносило едкий дым, расчистили коридоры от лишних вещей, чтобы легче было транспортировать реанимационных пациентов в специально оборудованное помещение. Осложнял спасательную операцию сильный мороз: людей нельзя было вынести на улицу, так как жидкость в капельницах могла замерзнуть. Больных, не отсоединяя от аппаратуры, милиционеры перенесли в отдельный бокс, закрыли двери и проложили все щели, откуда мог просочиться дым, мокрыми простынями. В этом убежище милиционеры, сотрудники реанимации и пациенты ждали машины «скорой помощи», которые должны были перевезти тяжелобольных в другие медицинские учреждения.
«Скорые» стали прибывать уже через несколько минут. Но возникла новая проблема. Стражам правопорядка предстояло на руках спустить больных вниз по узкой пожарной лестнице. При этом людей нельзя было отключать от аппаратуры. Весила она более ста килограммов. Еще одно неудобство для транспортировки — короткие шланги, обеспечивающие бесперебойную работу жизненно важных органов пациентов реанимации.
Не обращая внимания на сильный мороз, обжигающий руки, на кровоточащие порезы, милиционеры шаг за шагом, ступенька за ступенькой спускали по узкой лестнице людей. Одновременно они старались поддержать больных, попавших в экстремальную ситуацию.
— Говорить пациенты реанимации не могли, но в их глазах читался такой ужас! — рассказывает Василий Фирстов. — Не успев реабилитироваться после тяжелейших операций по пересадке органов, они вновь оказались в смертельной опасности.
Ни один человек из реанимации не погиб. Милиционеры спасли семерых. Позже выяснилось, что в подвале института загорелся склад, огонь не распространился, но тлеющий пластик вызвал сильное и едкое задымление.
— Наши ребята сработали отлично, — подвел итог начальник КМ ОВД по району Щукино Василий Фирстов. — Они проявили не только собранность, профессионализм, но и хорошую физическую подготовку.
 
Материалы полосы подготовила Ольга ТАРАСОВА,
фото А. БАСТАКОВА

Неотвратимость наказания

 

Сегодня проблема взыскания штрафов за нарушения правил дорожного движения стоит крайне остро, поскольку россияне неохотно платят по счетам. В столичной Госавтоинспекции, руководствуясь нормами действующего законодательства, принимаются активные меры по изменению ситуации с должниками. Чтобы узнать, как это происходит, мы отправились в 6-й СБ ДПС ГИБДД на спецтрассе.

В спецбатальоне на службу ежедневно заступает один мобильный экипаж, который непосредственно нацелен на выявление на дорогах города неплательщиков. Этот факт вовсе не означает, что остальным сотрудникам ДПС до неплательщиков нет дела. Просто в случае выявления нарушителей для дальнейшего разбирательства их передают именно этому экипажу. По словам инспекторов ДПС старшего лейтенанта милиции Алексея Ерофеева и лейтенанта милиции Алексея Павлова, на которых возложена данная миссия, подавляющее большинство водителей до конца не осознают всю серьезность ситуации и очень удивляются, когда причиной их остановки является задолженность по выплате штрафов. Между тем, неуплата штрафа — это очень серьезный проступок, за который можно запросто отхватить «срок». Потому при встрече со стражем правопорядка водителю надлежит испытывать совершенно другие чувства, нежели удивление. Впрочем, данный нонсенс довольно просто объяснил командир 6-го спецбатальона полковник милиции Сергей Чигрин:
— Знать-то о наказании знают, но поскольку практика отсутствует, не придают значения. А ведь несколько лет назад в Кодекс об административных правонарушениях были внесены поправки как раз для того, чтобы образумить относящихся к штрафной квитанции, как к ничему не обязывающей бумажке, которую бросил в бардачок и благополучно забыл. Согласно этим поправкам, за несвоевременную уплату штрафов грозит наказание в виде ареста сроком до 15 суток. Только жаль, что новый законопроект старых проблем не решил и ожидаемых результатов не принес.
В Госавтоинспекции считают, что причина этого — в работе судебных приставов, вернее, в их бездействии. Приставам невыгодно бегать за штрафниками, так как суммы по «гаишным» долгам мизерны и составляют в среднем от 100 до 500 рублей. Осознав это, водители быстро перестали бояться наказания. Стражи правопорядка терпели такое положение вещей долго, но сейчас, когда водителей-неплательщиков стало огромное количество, решили, что настало время приструнить их своими силами. Благо, законом им такое право предоставлено.
Мы вместе с офицерами «особого» экипажа выходим на поиск неплательщиков. На островке безопасности, расположенном при съезде с Садового кольца на улицу Смоленскую, инспекторы ДПС паркуют служебный «Форд-фокус», берут в руки жезлы и приступают к работе. В этом месте водители массово допускают нарушение правил дорожного движения, которое выражается в непредоставлении преимущества пешеходам, находящимся на нерегулируемом пешеходном переходе. Такое поведение нарушителя дает сотрудникам милиции повод, помимо наказания за данный проступок, еще и проверить его по центральной базе данных (ЦБД). В ЦБД содержатся сведения о всех, за кем числятся неоплаченные постановления о наложении административных штрафов за нарушения ПДД. Если у водителя имеется хотя бы один неуплаченный свыше 40 дней с момента вынесения постановления штраф, то сотрудники ДПС вправе препроводить его в суд. Для провинившегося такой поход грозит либо выплатой штрафа в двукратном размере от первоначальной суммы неуплаченного административного штрафа, либо административным арестом на срок до пятнадцати суток.
Объект наших поисков был выявлен спустя час с небольшим после начала дежурства. Им оказался 34-летний москвич, управляющий автомобилем «Опель». Объяснения, которые дал мужчина в свое оправдание на вопрос, почему не оплачен штраф, были лаконичны: «Забыл». По словам инспекторов ДПС, у штрафников это самый распространенный ответ. На втором месте по популярности следует заявление: «Не было времени», на третьем — «Потерял квитанцию». Возьмем на себя смелость прокомментировать эти отговорки. Первое оправдание — это не оправдание вообще. Не в детском же саду, право! Второе звучит, мягко говоря, нелепо. Что ж это получается, у гражданина в течение месяца не нашлось времени зайти в любую сберкассу? Кстати, процедура уплаты штрафа упрощена до минимума — нужно лишь продиктовать оператору номер постановления и заплатить деньги, и тот тут же внесет в ЦБД информацию о погашении задолженности. Кроме того, штраф можно оплатить в любом коммерческом банке. В этом случае не стоит выбрасывать корешок об оплате, а следует возить его с собой. Связано это с тем, что у коммерческих банков нет прямого выхода на ЦБД, как в Сбербанке. Они должны информировать ГАИ о принятии оплаты соответствующим уведомлением, однако не всегда это делают. Гражданам же, потерявшим квитанцию, остается только одно — ехать в то подразделение, инспектор которого выписал им постановление, и получить копию. Проблематично? Да! Но почему оно было утеряно? Уж не потому ли, что провинившийся отнесся к постановлению, как к никчемной бумажке?
Итак, нарушитель выявлен. Казалось бы, выписывай на него протокол по ст. 20. 25 КоАП РФ (неуплата штрафа) — и прямая дорога в суд. Но не тут-то было! Законодательство предусматривает куда более сложный алгоритм дальнейших действий работников милиции. Мы вместе с неплательщиком отправляемся в дежурную часть спецбатальона для того, чтобы получить копию постановления о наложении штрафа. Эта копия для судьи будет являться доказательством вины неплательщика. Так как штраф нашему нарушителю выписывал инспектор ДПС из ГАИ Западного округа, приходится связываться с их сотрудниками группы по исполнению административного законодательства и просить переслать нам необходимый документ. На это уходит без малого час. И как выясняется, это еще нормально. Ведь для того, чтобы найти постановление о вынесении штрафа, необходимо поднять в архиве материалы дела, а работа с бумагами — процесс трудоемкий. К моменту получения от коллег с «запада» запроса все остальные необходимые для сопровождения в суд бумаги уже оформлены, поэтому мы отправляемся к мировому судье в Южное Бутово. Оказывается, вершить суд над неплательщиком может только служитель Фемиды по месту его жительства. Из центра Москвы пробираемся сквозь многокилометровые пробки на московскую окраину. Мировой судья не скрывает, что не испытывает особой радости от дополнительной нагрузки, но все же проявляет снисхождение и принимает материалы к рассмотрению без очереди. На все про все уходит менее десяти минут. Вердикт — штраф в двойном размере.
Подведем некую черту под увиденным и услышанным. Из-за несовершенства существующих законов бороться с неплательщиками — работа не из легких. Несмотря на сложности, у милиционеров это единственный выход отучить людей привычным движением бросать выписанную инспектором квитанцию в мусорное ведро. Кроме того, срок рассмотрения дела по штрафам в суде ограничен по времени — привлечь автомовладельца к ответственности за неуплату штрафа суд может лишь в течение 100 дней после вынесения постановления. Да и вообще существует срок давности исполнения постановления о назначении взыскания: прошел один год — и нарушитель автоматически получает амнистию и чистую биографию.
Тем не менее пренебрежительное отношение многих провинившихся автовладельцев к существующим нормам и гражданским обязательствам недопустимо, его необходимо искоренять, пусть и таким не вполне рентабельным и трудоемким способом. К тому же не стоит забывать, что должный порядок на дороге не создать, пока не заработает принцип неотвратимости наказания.

* * *

В начале марта РИА «Новости» сообщило о том, что Федеральная служба судебных приставов (ФСПП) России может получить полномочия по ограничению пользования водительскими удостоверениями по причине неуплаты их владельцами штрафов. С такой законодательной инициативой выступили депутаты Госдумы ФС РФ, а служба судебных приставов неоднократно публично ее поддерживала. Согласно законопроекту, водитель, признанный по решению суда должником, может лишиться прав на вождение автомобиля, если добровольно не погасит задолженность в течение пяти суток.

Вячеслав АНДРЕЕВ, фото автора