petrovka38

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД РОССИИ ПО Г. МОСКВЕ СЛУЖИМ РОССИИ, СЛУЖИМ ЗАКОНУ!

    
Руководство: Якунин Анатолий Иванович
Начальник ГУ МВД России по г. Москве, 
генерал-лейтенант полиции
   
Телефон ГУМВД для представителей СМИ: (495) 694-98-98    
 
Перейти на сайт

Еженедельная газета

«Петровка, 38»

Номер 26 (9578) от 18 июля 2017г.

Статьи в категории: Номер 2 (14) 25 января 2007 года

Калейдоскоп детских судеб

Жизнь детей похожа на кусочки стекла в калейдоскопе, который находится в руках их родителей. В зависимости от того, в какую сторону повернут взрослые эту игрушку, сложится определенный узор судьбы ребенка. Далеко не в каждой семье отец и мать понимают возложенную на них ответственность. И тогда калейдоскоп оказывается в руках маленьких граждан, которые сами решают, в какую сторону сделать новый поворот.
 
Быть сыном своего отца
Михаилу было три года, когда он видел маму в последний раз. Поругавшись с мужем, женщина собрала вещи и уехала в Белоруссию. Через некоторое время у нее появилась новая семья, и она забыла о том, что в Москве подрастает сын.
После ухода жены Мишиным воспитанием занялись отец и бабушка. В шесть лет папа отдал ребенка в школу, сводил на линейку 1 сентября. Потом мужчина уехал в Тульскую область, нашел там работу и остался. Сына он обещал забрать, как только устроится на новом месте. Время шло, а забирать Мишку отец не торопился. Через некоторое время он встретил новую любовь, создал семью и решил оставить сына на попечение бабушки, лишь изредка навещая мальчика.
В маленькой однокомнатной квартире, в которой Миша проживал с бабушкой, практически не было мебели. Пожилая женщина злоупотребляла спиртным и постоянно устраивала шумные застолья. Компания располагалась в комнате на полу, в углу лежал старый грязный матрас, заменяющий Мишке кровать. В прокуренном помещении, среди орущих в пьяном угаре незнакомых людей проходили вечера ребенка. Не надеясь на чью-либо помощь и поддержку, Миша учился жить самостоятельно.
В школе он успевал по всем предметам, занятий не пропускал. Ни директор, ни учителя не знали, что мальчик растет без родителей и фактически без опекуна. Чтобы проводить как можно меньше времени дома, Миша сам устроился в городской детский центр «Дети улиц», посещал несколько кружков, а летом он по полученной путевке вместе со сверстниками отправлялся на юг в оздоровительный лагерь. Оттуда Миша вез гостинцы бабушке и папе, приезд которого был настоящим праздником для ребенка. Но сказочные летние каникулы заканчивались, и мальчик возвращался домой.
О судьбе Миши забеспокоились соседи. Родителей мальчика они не встречали давно, а из квартиры постоянно раздавались пьяная ругань и звон пустой стеклотары. Сердобольные граждане обратились в подразделение по делам несовершеннолетних с просьбой разобраться с этой ситуацией. Первым делом инспекторы ПДН посетили квартиру, где проживал Миша. Увиденное повергло их в ужас. Сотрудники милиции отправились в школу, чтобы выяснить причины, по которым в отдел не поступила информация об условиях, в которых проживал несовершеннолетний. Учителя и директор лишь пожали плечами, им и в голову не приходило, что Миша растет один. «У мальчика хорошая успеваемость, уроки он не прогуливает», — говорили преподаватели в свое оправдание. Их даже не настораживало, что на протяжении нескольких лет родители Миши не ходят на собрания.
Инспекторы ПДН в целях безопасности ребенка забрали его из неблагополучной квартиры, определили в приют и направили в суд материалы на лишение родительских прав Мишиных отца и мать. Но неожиданно для всех мужчина приехал на заседание. Отказываться от сына он не собирался, и, по решению суда, родительские права были сохранены. Инспекторы ПДН побеседовали с нерадивым отцом, который честно признался, что заниматься воспитанием мальчика ему некогда и что забирать Мишку в свою семью он не намерен. После таких заявлений сотрудники милиции совместно с органами опеки отправили материалы на лишение родительских прав в городской суд, от которого ожидают положительного решения.
Как на это реагирует Миша? Поступок взрослых он не считает предательством и не держит зла ни на отца, ни на мать, ни на бабушку. Парень научился жить без родительской опеки и внимания, но он до последнего будет бороться за то, чтобы быть сыном своего отца.
 
Странная
материнская любовь
В подразделение по делам несовершеннолетних обратилась Марина Ивановна Петрова с просьбой принять меры в отношении ее дочери, которая страдает алкоголизмом и совсем не занимается воспитанием родного ребенка. Пожилая женщина была очень обеспокоена судьбой шестилетней внучки. 
Инспекторы ПДН отправились на квартиру к Светлане. Хозяйка открыла им дверь сразу. По первому бессвязному «здрасьте!» сотрудники милиции поняли, что женщина находится в состоянии сильного алкогольного опьянения. Инспекторы прошли в квартиру. Горы немытой посуды и грязных вещей, мусорные кучи в углах комнат, повсюду пустые бутылки из-под водки — вот что они увидели. На полу на грязном, засаленном матрасе лежала маленькая девочка.
Сотрудники ПДН составили административный протокол и передали его в комиссию по делам несовершеннолетних. Нерадивую мамашу вызвали в ПДН на беседу, но женщина не пришла, потому что продолжала пить.
Инспекторы ПДН направили Светлану на лечение в наркологический диспансер, но женщина отказалась, так как не считает себя зависимой от алкоголя. Заставить пройти курс лечения по нынешнему законодательству невозможно. Пришлось действовать методом убеждения и уговоров. Регулярно инспекторы ПДН заходили к Светлане, требовали устроиться на работу и заняться воспитанием дочери. Все было бесполезно. Она продолжала жить на деньги Марины Ивановны и пить.
Через несколько месяцев ситуация резко изменилась. В жизни Светланы появился мужчина, она прекратила злоупотреблять спиртным и, забрав дочь, переехала жить к гражданскому мужу. Два месяца она не попадала в поле зрения инспекторов. Все было в порядке. Но потом в подразделение по делам несовершеннолетних вновь обратилась Марина Ивановна. Она рассказала, что ее дочь была беременна от сожителя. Как-то во время совместного распития спиртного супруги поругались, и мужчина избил избранницу. У Светы случился выкидыш, но в больницу она не обратилась. Ее здоровье и жизнь были под угрозой. Инспекторы отправились на квартиру к сожителю нерадивой мамаши, уговорили ее лечь в госпиталь. После выписки Светлана вместе с дочерью вернулась домой, разругавшись с сожителем.
Образ жизни женщина не поменяла. Вскоре она вновь решила скрасить свое одиночество и привела в квартиру мужчину. Все закончилось, когда друг жестоко избил Светлану. С горя она напилась и попала в психиатрическую лечебницу. Все эти ужасы происходили на глазах ее дочери.
Преодолеть губительный недуг Светлана так и не смогла. Инспекторы ПДН совместно с органами опеки провели процедуру изъятия ребенка из семьи, потому что нетрезвая мать представляла серьезную опасность для девочки. Опекунство оформили на Марину Ивановну. Светлану родительских прав не лишили, ей разрешалось ухаживать за дочерью, навещать ее. Но женщина ушла в запой.
К школе девочку готовила бабушка. 1 сентября Марине Ивановне позвонила дочь и попросила привезти девочку на рынок, чтобы Светлана могла купить ей что-нибудь из одежды. Встреча была очень теплая. Девочка с радостью бросилась к матери, она не понимала, почему их разлучили, да и Светлана по-своему любила дочь. Женщина решила воспользоваться искренними чувствами ребенка и, как только Марина Ивановна отвлеклась, вместе с девочкой растворилась в толпе. Бабушка немедленно позвонила инспекторам ПДН, и Светлану быстро нашли. Ребенка вернули законному опекуну.
Светлана, несмотря на любовь дочери, не смогла преодолеть свои слабости, чтобы быть вместе с ребенком. Сейчас решается вопрос о лишении ее родительских прав. На первое заседание суда она не явилась — пила. Если на втором заседании ее также не будет, то по закону женщину могут лишить родительских прав заочно. А Марине Ивановне придется объяснять подрастающей внучке, почему ей стало опасно быть рядом с матерью.

* * *

Детские психологи выделяют несколько типов дисгармонических семей, характеризующихся определенными взаимоотношениями между собой и подходами в проблемах воспитания. Одним из них является гипопротекция, или гипоопека (безнадзорность) — отсутствие воспитания как такового. Ребенок предоставлен себе, не получает любви, ласки, не всегда накормлен, бродяжничает. Это чаще дети из неблагополучных семей, но главным здесь все-таки является не материальное благополучие, а неудовлетворенные духовные запросы ребенка.
Как вариант дисгармонических отношений в семье — скрытая гипопротекция. Интерес к ребенку ограничен чисто формальными признаками («Уроки сделал? Ну, молодец»), родители бессознательно отвергают ребенка. Среди проблем, к которым приводит такое обращение — суицид, навязчивые страхи, эмоциональные проблемы: неспособность выразить свои чувства или идентифицировать их, депрессии (обычно проявляющиеся в заявлениях типа «мне скучно»), агрессивность (проблема «трудных подростков»). Родительская отчужденность может также вызвать речевые нарушения и нарушения двигательных функций ребенка, девиантные (отклоняющееся от нормы) и делинквентные (правонарушительные) формы поведения, являющиеся результатом «выдавливания» ребенка из семьи. Чаще всего чадо демонстрирует девиантные формы поведения (уход из дома, бродяжничество, криминальные авантюры) в поиске «эмоциональной пищи», которой он лишен дома, в котором родители отвергают чувства не только в ребенке, но и в себе. Но бывают исключения, как произошло в первой нашей истории.
У Миши, от которого отвернулись родители, остается привязанность к дому, он продолжает любить отца, ожидая взаимности. Редкие встречи с родителем компенсируют мальчику постоянную родительскую опеку. Миша взял свое воспитание в собственные руки, заменяя этим роль отца и матери, и ощущает большую ответственность за свое будущее. Такое поведение ребенка крайне редко встречается.
Во второй истории девочка, которой исполнилось шесть лет, не успела узнать истинной материнской любви, отличающейся от той, которую демонстрирует нетрезвая родительница. Именно поэтому ребенок любит ее такой, какая она есть.
В чем же заключается этот парадокс современного общества? Детская любовь бескорыстная, маленькие граждане не знают другой. Взрослые же часто своим безразличием и холодностью разрушают представления ребенка об этом прекрасном чувстве, а потом, когда чадо подрастает, всю вину за черствое отношение к окружающим перекладывают на его плечи. И калейдоскоп вновь оказывается в неопытных руках маленького человека.
Ольга ЛОСЕВА
Благодарим коллектив ПДН ОВД Северное Тушино за помощь при подготовке данного материала.

Кто поможет нашим детям?

Звонок. Сегодня уроки закончились. Младшеклассница с большим портфелем за спиной выходит из здания школы и идет... в отделение милиции. Дело не в том, что ее кто-то обидел, а в том, что там, в ОВД Очаково-Матвеевское работают отзывчивые инспекторы по делам несовершеннолетних. Первоначальная причина встречи с ними была не очень приятной — несколько лет назад папа с мамой решили развестись. Выясняя между собой отношения, взрослые не заметили, как утратили контроль над своим чадом, малышка питается, чем попало, неопрятно одета. Прозрели родители только тогда, когда в их квартиру пришли инспекторы ОДН, пригрозившие нерадивым супругам лишением родительских прав. Маме и папе назначили испытательный срок, в течение которого они должны были привести в порядок свои отношения, пройти лечение в специализированной клинике и устроиться на работу. Пока испуганные родители выполняли все эти условия, девочка проводила много времени в небольшой комнатке на первом этаже ОВД Очаково-Матвеевское. Инспекторы, несмотря на занятость, общались с ней, рассказывали интересные истории, а часто и помогали делать уроки. Юлия Викторовна Губарева, Татьяна Николаевна Кабурина, Надежда Алексеевна Пиреева и Вероника Валерьевна Минаева и год спустя не отказывают ей в помощи, ведь для них ребенок, попавший в поле их деятельности, не подопечный,
а малыш, солнышко.
Коллектив ОДН является гордостью ОВД Очаково-Матвеевское — объем работы, который выполняют эти хрупкие девушки, вызывает восхищение даже у опытных сотрудников милиции. С самого раннего утра инспекторы по делам несовершеннолетних полностью погружены в работу. К моменту нашего прихода у них уже есть несколько неотложных дел — необходимо посетить одну квартиру и провести с учениками школы № 1117 беседы.

* * *

Сначала отправляемся на близлежащую улицу — там проживает Зинаида Пяткина, попавшая на заметку к инспекторам ПДН еще в 2004 году. По пути младший лейтенант милиции Вероника Минаева рассказывает нам историю этой женщины.
Пережив тяжелый развод с мужем, Зинаида решила заливать свое горе вином. Причем делала она это так активно, что вскоре у нее развилась алкогольная зависимость. Каждый день женщина напивалась до бессознательного состояния. В это время ее сын, предоставленный сам себе, перестал посещать школу, целыми днями слонялся по улицам, избегая пьяной материнской ярости. Когда же скрыться не удавалось, мальчишка получал незаслуженные оплеухи. Соседи сообщили о безобразии в ПДН. Мать поставили на учет. С тех пор Зинаида исправно приходила на комиссии. И это принесло результат. С каждым месяцем она возвращалась к жизни. 2007 год Зинаида и ее сын Рома встретили весело и дружно. Женщина, окончательно встав на ноги после такого сильного морального удара, открыла свое дело. 
Визит в эту семью инспектора ОДН, свидетелями которого мы стали, был одним из последних — через пару недель Зинаиду Пяткину снимают с милицейского учета. 
Попрощавшись с этой женщиной и пожелав ей большой удачи в новом деле, отправляемся к школьникам. Поговорить с ними есть о чем. К обычным и традиционным проблемам добавилась еще одна. Мобильные телефоны стали настоящим бедствием не только для учителей, но и для милиционеров.
Стремясь повысить свой авторитет среди сверстников, ученики приносят в учебное заведение дорогие мобильные телефоны. Вдоволь насладившись завистливыми взглядами одноклассников, тщеславный подросток становится жертвой уличного грабежа или разбойного нападения. Впрочем, не только об этой опасности рассказывает инспектор ОДН школьникам.
— С сотрудниками милиции мы встречаемся несколько раз в неделю, — говорит заместитель директора по социальной защите школы № 1117 Юлия Алексеевна Оганесян. — В нашей школе учится около 700 человек. Каждый ученик, как на ладони. И если у него в семье происходят какие-то неприятности, мы это всегда видим. Бывает, что к нам приходят соседи и рассказывают, что за ребенком нет соответствующего ухода. Получив такой сигнал, мы немедленно обращаемся к участковому, в органы опеки, ОДН и идем в ту квартиру, где проживает эта семья. Кроме того, инспекторы по делам несовершеннолетних еженедельно проводят у нас «Дни права». Ну, а для детей, чье поведение нельзя назвать примерным, мы с подачи инспекторов организовали экскурсию в колонию для несовершеннолетних. Результаты были просто потрясающими.
Беседы со школьниками на право-
охранительные темы — это «обязательная программа» для инспекторов по делам несовершеннолетних, а несколько недель назад хрупкие девушки в милицейской форме исполнили «произвольную программу» — на территории школы № 874 ими был задержан хулиган.
Младший лейтенант милиции Вероника Минаева и младший лейтенант милиции Надежда Пиреева направлялись в школу для того, чтобы провести «День права». Тут на глаза им попался молодой человек, одетый по всем законам «националистической моды». Здоровый парень поливал алкогольным коктейлем двери школы и всех, кто выходил из здания. Возмутившись его поведением, инспекторы решили подойти к оболтусу ближе. Вероника Минаева узнает в нарушителе спокойствия давнего знакомца — парень часто доставлялся в отделение, и его лицо примелькалось милиционерам. Увидев подходящих к нему девушек в форме, скинхэд бросился наутек, милиционеры бросились за ним. Поняв, что на заплетающихся ногах убежать не удастся, парень решил вступить в драку с двумя девушками. И это было его большой ошибкой — оба инспектора, чей суммарный вес не превышал массы хулигана, владели необходимыми для задержания навыками. Через несколько минут к месту схватки подоспели школьный охранник и сотрудники ППС, вызванные учителями. Мужчинам только оставалось погрузить скрученного смутьяна в машину.
Уже в отделении выяснилось, что 17-летний парень был одним из лидеров группировки, которая промышляла этническими погромами. От кулаков молодчиков страдали не только таджики, торговавшие на соседнем рынке, но и владельцы палаток, в которых трудились иностранцы.
Закончив школьные правовые пятиминутки, инспекторы направляются к выходу из школы. Тут их догоняет один из классных руководителей — подопечный ОДН Митя Николаев после новогодних каникул ни разу не появился в школе. Сигнал тревожный — нужно идти к мальчику домой. Первая встреча школьника с инспекторами произошла после того, как Дмитрий, нанюхавшись клея, оказался в больнице. На звонки в дверь никто долго не открывает. В конце концов в дверном проеме появляется заспанное лицо — мальчишка просто решил продлить себе каникулы. Повлиять на парня обещает 18-летний брат, с которым инспекторы тоже близко знакомы.
История этой семьи довольно типична для района — мать двоих сыновей после развода с мужем опустилась, ушла в тяжелый запой, перестав следить не только за детьми, но и за собой. Квартира постоянно полна вечно пьяных случайных гостей. Старший брат, для того чтобы как-то обеспечить семью, работает ночами, кроме того, он готовится к поступлению в институт. Периодически мальчишек снабжает одеждой и деньгами блудный папа. Однако инспекторы ОДН, несмотря на тяжелое положение этого семейства, уверены: Митя по примеру старшего брата сможет измениться в лучшую сторону, потому что он хочет этого сам.

* * *

— Не так давно у меня была подобная история, — рассказывает инспектор ОДН старший лейтенант милиции Татьяна Кабурина. — Сын довольно успешного, но вечно занятого отца попал на милицейский учет. Он не давал никому жизни, постоянно всех бил. Безобразно вел себя в школе. Я постоянно приходила к нему в школу, проверяла его поведение. Позже он сам ко мне стал являться, просто сидели и разговаривали. Он часто помогал мне в работе. В итоге к окончанию школы он исправился окончательно. Сейчас получает профессию автослесаря в училище. Папа подарил ему старенький автомобиль «Москвич», и парень целыми днями копается в нем. В этой ситуации самое главное, что он сам захотел исправиться.
Неприкаянность, безразличие взрослых, бездельное болтание по улицам в поисках развлечений приводят молодых людей в дурные компании, это настоящее бедствие.
— В этой среде очень развиты алкоголизм, токсикомания и наркомания, — говорит инспектор Вероника Минаева. — Это довольно тонкая тема — подросток в таком состоянии может повести себя непредсказуемо. В этих ситуациях нам помогает в работе начальник отдела кадров и воспитательной работы ОВД Очаково-Матвеевское подполковник милиции Лидия Калько. Лидия Михайловна 13 лет проработала начальником службы ПДН и очень часто делится с нами своим колоссальным опытом.
Около года назад сплав молодости и опыта дал просто потрясающий результат.
В отдел поступило сообщение о том, что на близлежащей улице произошло несчастье — 15-летняя девочка, находящаяся в состоянии наркотического опьянения, выпала из окна. Оказалось, что девушка встречалась с молодым человеком-наркоманом. Она очень хотела ему помочь, но незаметно для себя сама пристрастилась к дурманящим средствам. Поняв, что ее состояние довольно тяжелое, она обратилась к старшей сестре с вопросом о неком абстрактном наркомане. Та была категорична, сказав, что такие люди сами виноваты в своем состоянии и жизнь их бесцельна и никчемна. Впечатлительная девочка решила, что ее жизнь закончилась, и выпрыгнула из окна. Другого выхода она не нашла.
Уже в больнице, где девочка лежала с переломанным позвоночником, ее навещали инспекторы ОДН. Поддержка родственников и сотрудников милиции ей очень помогла — она не только встала на ноги, но и смогла полностью отказаться от наркотиков.
Елена ДЕМИДЕНКО,
фото Андрея ТЕРЕХОВА

Дело «мусорщика»

До определенной поры все в жизни удавалось жителю подмосковного города Электросталь Александру Климову (фамилия и имя изменены). Семья дружная, сын подрастает, да и на работе все успешно складывалось. Заметило начальство молодого энергичного специалиста, и вот в тридцать лет он уже директор только что созданного муниципального предприятия, оказывающего населению коммунальные и бытовые услуги. Ничего не скажешь, успешная карьера.
И все было бы хорошо, если бы не нарушил Климов закон. Нет, он не пошел на улицы родного города грабить припозднившихся прохожих, не насиловал никого, не убивал. Просто, став главой предприятия, Александр решил, что может пренебречь в своей работе некоторыми положениями закона. Дело в том, что среди прочих видов деятельности предприятие оказывало гражданам и организациям услуги по вывозу и захоронению твердых бытовых, в том числе — и опасных, отходов. А такая деятельность требует обязательного лицензирования.
Маленькое уточнение. Лицензия (или, проще говоря, разрешение на определенный вид деятельности) — это не просто бумажка. Это подтверждение того, что те или иные работы или услуги осуществляются должным образом, с соблюдением установленных норм, с применением соответствующей техники и т.п.
И надо думать, что законодатель не из-за собственных капризов обязал всех, кто занимается вывозом и утилизацией бытовых отходов, подтвердить свою готовность к оказанию этих услуг, получив лицензию. Ведь мусор не так безобиден, как кажется на первый взгляд, в нем содержится немало опасных веществ. Он может причинить вред как экологии, так и жизни и здоровью людей.
Но вернемся к нашей истории. Молодой директор Климов сразу после своего назначения решил, как говорится, взять быка за рога и развил бурную деятельность. В течение первой же недели он заключил массу договоров с клиентами. В их числе были и договоры на вывоз отходов. Но, может быть, он поступил так в силу своей неопытности? К сожалению, нет. Дело в том, что Александр до этого работал заместителем директора городского предприятия по благоустройству и курировал вопросы вывоза и захоронения отходов. Так что был в курсе особенностей оказания таких услуг.
Стоит отметить, что поначалу-то он хотел решить вопрос с лицензией, даже заключил договор на проведение экологической экспертизы и утверждение лимитов вывоза отходов, поручил своему заместителю заняться сбором и подачей документов в лицензирующий орган. Однако потом директор загрузил своего зама другой работой и отменил это поручение из-за того, что администрацией города не была до конца определена структура предприятия, которому вроде бы планировалось подчинить другое предприятие, занимающееся захоронением мусора.
И вот мусоровозы стали регулярно объезжать клиентов и вывозить отходы на один из подмосковных полигонов, с которым Климов заключил договор на их размещение. Услугами предприятия (естественно, платными) пользовались как население, так и ряд организаций — городская больница, рынок, различные фирмы.
Полученные доходы, а за год с небольшим их сумма составила более 24 миллионов рублей, поступали на счет предприятия, и Климов распоряжался ими при расчетах по хозяйственным операциям, выдаче зарплаты сотрудникам и т.д.
Но вот однажды «мусорная» деятельность предприятия, возглавляемого Александром, попала в поле зрения сотрудников 2-го отдела 1-й ОРЧ УБЭП ГУВД по Московской области. Оперативники провели огромную работу по сбору доказательств того, что действия директора подпадают под две статьи УК РФ — 171 (незаконное предпринимательство) и 174-1 (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления).
— Были опрошены десятки свидетелей, начиная от водителей мусоровозов и заканчивая партнерами и клиентами предприятия, произведены выемки документации, подтверждающей нарушение закона, — рассказывает старший оперуполномоченный майор милиции Владимир Савинов.
Вначале Климов держался уверенно — все надеялся на поддержку высоких покровителей из городских чиновников. Но те и не думали вступаться за него. Более того, как только «запахло жареным», администрация города быстренько освободила своего недавнего выдвиженца от занимаемой должности. А люди, у которых он вроде бы еще вчера пользовался уважением, перестали подавать ему руку. Тогда Александр хотел было удариться в бега, но и эта попытка обернулась неудачей.
В итоге следствие полностью изобличило Климова в совершении преступлений, предусмотренных вышеуказанными статьями Уголовного кодекса. В 2006 году состоялся суд. Климов не признавал свою вину. Служители Фемиды сочли доводы Александра в свою защиту не убедительными, но все же проявили снисхождение к молодому дельцу. В соответствии со ст. 64 УК РФ ему назначили наказание ниже низшего предела, предусмотренного статьей за инкриминируемые преступления.
Климов был приговорен к 2,5 годам лишения свободы условно.
Ирина ЭЙКЕНРОТ

Маячки и магниты преступников

Мало кто знает, что в самом центре Москвы в одном из крошечных переулков, недалеко от легендарной Петровки, 38, в старом, насчитывающем не одно десятилетие здании, располагается уникальное подразделение Московского уголовного розыска — 9-й отдел. Здесь нет соответствующей вывески, так что случайно забредший в небольшой тупик прохожий даже не догадается, что скрывается за неприметной металлической дверью. Только пара видеокамер постоянно фиксируют происходящее. Вот и сейчас одна из них заинтересованно наблюдала, как я пыталась преодолеть лужу. Под прицелом этого «всевидящего ока» чувствовала я себя несколько неуютно.
Входную дверь украшало объявление, сообщающее о том, что необходимо по домофону связаться с дежурным и сообщить о цели своего визита. Подчиняюсь. «Вы к кому?» — интересуется невидимый собеседник и, выслушав мой ответ, роняет многозначительное «Ждите». А мне ничего другого и не остается. Дышу свежим воздухом и пытаюсь выстроить в голове ход беседы. Предварительно выяснить, чем конкретно занимается 9-й отдел, мне так и не удалось. Спустя пять минут ожидания показалось, что обо мне забыли, и я могу идти по своим делам. Но вдруг домофон ожил: «Входите!», и я шагнула внутрь.
Мой собеседник — начальник отделения 9-го отдела 3-й ОРЧ УУР ГУВД по городу Москве подполковник милиции Иван Игошин сразу расположил к себе, и я первым делом призналась в том, что не представляю, чем занимается отдел, помимо того, что весьма успешно борется с преступностью.
— Изначально он создавался для борьбы с имущественными преступлениями, в первую очередь — квартирными кражами, — охотно просветил меня Иван Игошин. — Но методы нашей работы позволяют раскрывать практически все виды преступлений, что, собственно, мы и делаем, взаимодействуя с другими подразделениями уголовного розыска и отделами по борьбе с экономическими преступлениями.
Естественно, никаких подробностей о «методах работы» не последовало, хотя я и задала соответствующий вопрос. Особо не расстроилась, ведь гораздо интереснее услышать рассказы о всевозможных задержаниях. Одно из них — достаточно типичное для сегодняшней Москвы — произошло несколько месяцев назад. Два 17-летних друга из Подмосковья решили заработать. Как? Да очень просто. На шумных улицах столицы они высматривали своих сверстников или ребят младшего школьного возраста с сотовыми телефонами. Последних особенно легко вычислить, поскольку дети частенько играют во встроенные игры прямо на ходу. Приятели никогда не встречали сопротивления. После того, как они забирали мобильник, один из друзей доставал нож и разрезал куртку или щеку жертве. Последнего ограбленного молодого человека они убили в подъезде, когда он шел домой.
— Я задал им вопрос: «Зачем вы это сделали?», ответ получил такой: «Ну, не знаем. Ударили ножом, попали под сердце», — рассказывает Иван Игошин. — Они так спокойно, без всякого сожаления говорили об этом, словно речь шла о повседневной работе. На сегодняшний день уличные грабежи и разбойные нападения с целью завладения сотовым телефоном — самые распространенные преступления. В день по всей Москве их совершается более 200. Это очень большая цифра. Причем «на дело» чаще всего выходят несовершеннолетние.
Можно ли себя обезопасить? Иван Иванович отвечает на этот вопрос утвердительно и советует задуматься родителям о целесообразности покупки ребенку мобильного телефона:
— Недалеко от моего дома есть небольшой безлюдный переулок, в котором каждый день грабят по нескольку 8—9-летних детей. Местные сыщики никак преступников задержать не могут. Но зачем ребенку телефон? Мы же выросли без них, и ничего.
Я попыталась возразить, сославшись на криминогенную обстановку в городе и желание родителей знать, что их ребенок жив-здоров. Но все мои доводы были разбиты в пух и прах:
— А кто сказал, что раньше преступности не было? Да, может быть, не в таких масштабах, но и это спорный вопрос. Сегодня мобильник — магнит для преступников. В каждой школе есть бесплатный телефон-автомат. Собрался домой или дошел до школы — позвони. Это же не трудно.
— Может быть, имеет смысл покупать недорогие телефоны? — не сдавалась я.
— Для преступника цена не имеет значения. Отсутствие «наворотов» в мобильнике никого не обезопасит. А покупая ребенку эту дорогую игрушку, родители, зачастую, друг другу свою «крутизну» демонстрируют: «Подружке дочери купили телефон за 8 тысяч, а я своей кровиночке за 15 подарю!» При этом люди не понимают, что тем самым провоцируют грабителей.
Еще один вид преступлений, весьма распространенный на сегодняшний день, — это квартирные кражи. В первую очередь в группе риска находятся жители первых и вторых этажей — в их квартиры профессионалам достаточно легко проникнуть, особенно летом, когда открыты окна и форточки. «Верхолазы», использующие снаряжение альпинистов, сегодня практически не встречаются. Справедливости ради стоит отметить, что жертвой квартирных воров может стать абсолютно любой человек вне зависимости от своего материального положения и достатка, поскольку одна из самых распространенных схем совершения квартирных краж такова. Преступники в разное время в течение нескольких дней прозванивают квартиры, выясняя, дома ли хозяева. Если дверь так и не открыли, устанавливают так называемый маячок, например, обычную спичку в дверной косяк. Затем преступники назначают день совершения кражи, предварительно осмотрев замки и подобрав отмычки. В 2—3 часа ночи на место выезжает человек, осматривает маячки и докладывает своим подельникам об их сохранности. Если все на месте — выезжает группа. Так что если вы открыли дверь и откуда-то вывалилась спичка, знайте, что вашу квартиру присмотрели. В этом случае лучше всего обратиться за помощью в милицию.
Не так давно оперативники задержали своего «старого знакомого» — квартирного вора, 39-летнего Алексея. Больше половины жизни он провел за решеткой. Первый раз он был судим в 14 лет. Кстати, и родился Алексей на зоне, на Сахалине, его мать отбывала срок за убийство. Между выходом на свободу и очередным задержанием с поличным проходило от силы месяц-два. Но в этот раз Алексей погулял долго — целых полгода. Поэтому первое, что спросил у него Иван Иванович, сколько квартирных краж он успел совершить: 30, 40? «Да что ты, командир, — услышал он в ответ. — Какие тридцать? Триста!». И начал рассказывать. Работал фомкой, бесшумно и быстро вскрывая обычные деревянные входные двери. Случалось, что в этот момент в квартире находились хозяева. Например, как-то позвонив в дверь и подождав для верности пару минут, Алексей вошел внутрь и услышал, что в ванной льется вода. Хозяин квартиры принимал душ. Алексей заблокировал ванную и спокойно собрал все ценное. Кстати, потерпевшим оказался полковник одного силового ведомства. Его удостоверение Алексей тоже прихватил с собой.
Случается, что сыщики сталкиваются с настоящими курьезными случаями. Так, два жителя Кавказа проникли в квартиру и, связав хозяев, начали выносить вещи. Пока один старательно упаковывал все ценное, его приятель вышел на улицу и остановил проезжающий автомобиль. За рулем оказался земляк, так что мужчины быстро нашли общий язык:
— Друг, переезжаем мы. Подождешь, пока вещи принесем?
Водитель согласно кивнул: мол, какие проблемы. Первым в салоне оказался цветной телевизор. Дождавшись, когда принесут второй, мужчина уехал.
Задержали преступников через некоторое время и изъяли все похищенное, кроме телевизоров. «Ну, и где они?», — поинтересовались оперативники. Признаваться в том, что сами стали жертвой вора, задержанным не хотелось, но деваться было некуда. По номеру автомобиля, который они запомнили, установили владельца. Один телевизор водитель — щедрая душа — подарил тете, второй оставил себе.
— Понимаете, — смущенно объяснял он свой поступок сыщикам, — я ведь сразу понял, что они преступники. Вот и решил, что они обо мне вряд ли в милицию сообщат.   
Признаться, за все время моей беседы я неоднократно задавала Ивану Ивановичу вопрос, что же это за особый подход, позволяющий раскрывать самые разные преступления. Но он лишь отрицательно качал головой, давая понять, что это — секрет мастерства. Что ж, зато теперь я знаю, что 9-й отдел Московского уголовного розыска — универсальный и занимается раскрытием преступлений. Абсолютно всех.
Юлия МИЛОВИДОВА

Терпение и участие — слагаемые успешной работы

Генерал-майор милиции Алексей Лаушкин возглавляет УВД по Западному округу столицы почти год. Каковы итоги работы управления, что удалось сделать за это время, все ли поставленные задачи были выполнены — обо всем этом он любезно согласился рассказать нашему корреспонденту.
—Алексей Сергеевич, с вашим приходом в УВД по ЗАО сменился ряд руководителей. С чем это было связано?
— В тот момент ситуация в округе была довольно сложная. Поэтому мне необходимо было разобраться с результатами работы. Передо мной не стояла задача всех разогнать, поменять. Но эффективно выполнять поставленные задачи может только слаженный коллектив единомышленников.
— Вам удалось создать такую команду?
— Мне сложно пока ответить на этот вопрос, думаю, этот год покажет, насколько мы понимаем друг друга. Все, кто хотел работать, остались. Потому что в любом деле нужны профессионалы. Да, я знаю, что сейчас некоторые руководители самых разных структур при наборе сотрудников отдают предпочтение не столько профессионалам, сколько «своим» людям, которым можно доверять. Не думаю, что от этого повышается результативность деятельности. Лучше, когда рядом с тобой профессионалы, в которых ты уверен, как в самом себе.
— Алексей Сергеевич, какие основные проблемы вы увидели, придя на работу в округ?
— Каждый работал сам за себя и думал, как бы удержаться на своем месте и сделать так, чтобы его не трогали. Да, были люди, которые пытались что-то изменить, делали все от них зависящее, но таких — единицы. Остальные — сами по себе. Сотрудники привыкают к тому, что с них ничего не спрашивают, а заставить их потом работать тяжело. Руководители знают, что такое положение дел — серьезнейшая проблема. Очень легко развалить коллектив, а создать такой, чтобы люди понимали, что они зависят друг от друга, помогали друг другу, намного сложнее. Насколько это удалось сделать, покажет 2007 год, который станет для нас определяющим.
— Не могли бы вы перечислить те задачи, помимо создания работоспособного коллектива, которые стоят сегодня перед вами?
— Хотелось, чтобы в наш адрес было как можно меньше критики. Это основное на сегодняшний день. Добиться этого можно лишь в том случае, если наша работа будет приносить в первую очередь пользу нашим гражданам. Конечно, существуют всевозможные критерии оценки нашей деятельности в соответствии с различными приказами и инструкциями. Но на самом деле цифры — это не главное. Люди должны чувствовать нашу заботу.
— С этим не поспоришь. Другой вопрос — как этого добиться?
— Существуют всевозможные механизмы контроля, которые мы используем, по многим вопросам я советуюсь со своими коллегами из других округов. Да, не все получается, но мы стремимся преодолеть проблемы и добиться не только моментального реагирования на происшедшее, но и нормального отношения наших сотрудников к потерпевшим. У нас же зачастую человек приходит в дежурную часть со своей бедой, а ему в лучшем случае лист бумаги кинут: «На, пиши!». Не так давно я ездил на встречу с жителями в Крылатское и могу сказать, что мне как руководителю тяжело было слушать то, что говорили о милиции люди. Приведу такой пример. Мужчину обокрали, он обратился в уголовный розыск за помощью и услышал от оперативника: «Ну и чего ты пришел? Все равно мы ничего не найдем, так что иди отсюда!». Такое отношение недопустимо. Даже если у человека украли незначительную сумму, но он унижен и оскорблен произошедшим. Ему необходимо участие. Знаете, сейчас на радио «Милицейская волна» идет всероссийская акция «Участие». Она мне очень нравится, ведь действительно каждый должен проявлять участие к ближнему и быть терпимее к людям. Тогда, быть может, и жизнь изменится к лучшему. Это касается и сотрудников милиции. Понятно, что мы не сможем раскрыть абсолютно все преступления, но успокоить, внимательно выслушать и объяснить человеку, что делать в сложившейся ситуации, мы обязаны.
— Вы упомянули контроль. Не могли бы пояснить, в чем именно он заключается?
— Например, негласные проверки, когда командир подразделения в течение двух часов следует за нарядом, работающим на территории, и наблюдает, что делают сотрудники. Автомобиль экипажа должен медленно ехать по территории, через каждые полтора-два километра останавливаться, милиционеры — выходить из машины и осматривать близлежащую территорию, а не носиться с огромной скоростью по маршруту. Знаете, как нас учили в молодости? Если постовой прошел 100 метров и не оглянулся, — это не милиционер. Мы это все забыли, и совершенно напрасно. Если злоумышленник увидит, что на улице работает постовой, который внимательно наблюдает за происходящим, то вполне возможно, откажется от совершения преступления. Эта тяжелая работа наших сотрудников невидима и не оценена по достоинству. Потому что подсчитать, сколько преступлений благодаря им не были совершены, невозможно... Часто мы негласно снимаем действия наряда скрытой видеокамерой и потом показываем в управлении, чтобы сотрудники видели, кто и как работает. Это еще один из методов воздействия. Конечно, хотелось бы отказаться от такого контроля, но пока сделать это не представляется возможным.
— Получается, это такой своеобразный кнут для ваших подчиненных. Но стимулировать работу можно и какими-то поощрениями.
— Безусловно, что мы и делаем. Все инициативные задержания мы фиксируем и выписываем премии сотрудникам. Когда я пришел сюда на работу, то подписывал приказы о выплате 2—3 тысяч рублей отличившимся. Но ко мне прибежала бухгалтер: «Товарищ генерал, у нас денег на всех не хватит!». Так что я исхожу из той суммы, которую выделило государство на премиальный фонд. К сожалению, этого явно недостаточно. Оплата труда должна быть такой, чтобы человека больше не нужно было материально стимулировать, а только вручать государственные награды. Пока же этого нет, мы поощряем сотрудников ценными подарками, сотрудничаем с благотворительными фондами, помогает нам и префектура. Отмечаем дни рождения сотрудников, радостные события в их жизни. Мне, например, в молодости было очень приятно услышать теплые слова поздравления от командира. Сейчас я, будучи на своей должности, стараюсь не забывать поздравлять своих подчиненных, коллег, поблагодарить их за работу. Кстати, такая, казалось бы, мелочь, и помогает складываться дружному коллективу.
— Алексей Сергеевич, я знаю, что вы побывали во всех подразделениях округа и видели, что некоторые здания находятся в весьма плачевном состоянии. Планируется ли строительство новых?
— Думаю, к концу года будет закончено возведение здания ОВД Дорогомилово. В настоящее время рассматривается вопрос о выделении земельного отвода для строительства ОВД Очаково-Матвеевское. Плохие условия работы в ОВД Филевский парк и Тропарево-Никулино. Честно говоря, я не ожидал, что многие помещения подразделений окажутся в таком запущенном состоянии. Не знаю, почему этому вопросу не уделялось достаточного внимания. Даже здание нашего управления — одно из худших в городе. А ведь для того, чтобы люди нормально работали, необходимо создать для них приемлемые условия. Коллектив можно сформировать там, где налажен быт и есть хороший командир. Не буду называть подразделения, но, я знаю, что многие сотрудники отказываются идти туда на службу из-за начальников и говорят так: «В любое другое, но только не туда!». Вот два момента, которые необходимы личному составу. Если одного не хватает — плохо, двух — еще хуже.
— Алексей Сергеевич, на ваш взгляд, оперативная обстановка в округе как-то изменилась за прошедший год?
— Не думаю, что кардинально. На территории был большой всплеск квартирных краж и угонов машин. Нам удалось несколько стабилизировать обстановку. В течение этого года мы сделаем все для того, чтобы переломить ситуацию в свою пользу.
— Осталось только подождать до конца года и посмотреть, что же будет.
— Нам будет трудно, но мы приложим все усилия, чтобы стало лучше. Результат обязательно будет. Я в этом не сомневаюсь.
Беседовала Юлия МИЛОВИДОВА