Князь Григорий Щербатов

Здание, расположенное в Сретенской части 2-го квартала под номером 170 и 174, было построено в 1803 году архитектором Осипом Ивановичем Бове по заказу князя Григория Алексеевича Щербатова (1735 — 1810). Впечатляющее сооружение, ставшее буквально классикой отечественного зодчества, размещалось на землях с застроенной и незастроенной частью — площадью 5360 квадратных саженей.

Усадебный дом представлял из себя 3-этажное каменное здание с двумя 1-этажными флигелями, выходящими на улицу Петровка.

Осипом Бове, который в 1802—1804 годах учился в Архитектурной школе при Экспедиции Кремлёвского строения, было спроектировано много зданий в Сретенской части города Москвы, в том числе и усадьба князей Гагариных (Английский клуб, Екатерининская больница, Мосгордума) в модном тогда стиле — классицизма. Территория перед усадьбой не была окончательно оформлена. По сохранившимся планам того времени можно увидеть, что рядом лепились друг к другу хаотично расположенные деревянные сараи и каменные одноэтажные постройки под погреба, кузницы и разные службы, необходимые для бытовых нужд владельцев.

Тайный советник и кавалер Пётр Мятлев

Петровские казармы жандармского дивизиона. 1900-е годы

Петровка, 38. 1940-е годы

Петровка, 38. 1950-е годы

Указатели на доме № 38 по улице Петровке

Усадебный дом во время пожара в период Отечественной войны 1812 года уцелел только по одной причине — он был каменный. Из 9000 зданий в Москве огнём были уничтожены порядка 6000 строений. Усадьба князя Григория Щербатова хоть и была повреждена, но сохранилась. Владелец дома этого не увидел, так как скончался раньше: как упомянуто выше, в 1810 году. И его многочисленные наследники (у него было 7 детей) приняли решение продать в 1817 году родовое гнездо тайному советнику Петру Васильевичу Мятлеву (1756 — 1833).  Он вторым браком был женат на старшей дочери генерал-фельдмаршала Ивана Петровича Салтыкова.  Пётр Васильевич постоянно проживал с семьёй в Петербурге, но капитал вкладывал в приобретение недвижимости и в столице, и в Москве, и в её пригороде.

Именно при втором владельце, Петре Мятлеве, усадьба приняла законченный и внешне привлекательный облик. Двор перед усадьбой «обрамляли» лёгкие одноэтажные постройки в виде полукружий. Дорожки вдоль построек замостили булыжником и установили фонари. Входная группа на территорию усадьбы имела вид столбов-колонн в общем с усадьбой стиле, то есть классицизма. За усадьбой разбили сады с беседками.

Неизвестно по какой причине, но Пётр Васильевич через непродолжительное время продал дом городской казне. Власти Москвы отдали усадьбу под казармы военно-рабочего батальона. И уже в 1827 году дом снова перестроили под руководством архитектора Фёдора Михайловича Шестакова. Одноэтажные флигели надстроили двумя этажами, вровень с основным усадебным домом. С тех пор усадьба князей Щербатовых стала именоваться Петровскими казармами.

Помимо своего прямого назначения, казармы использовались и как темница — для предварительного заключения задержанных. Известно, что среди арестантов «Петровских казарм» в 1834 году был и поэт Николай Огарёв, который в своей поэме «Тюрьма» очень нелицеприятно описал место своего временного заточения:

Широкий, плоский двор.

Кругом забор с решёткою железной.

Середь двора высокий дом,

Где век проводят бесполезно

Полки замученных солдат,

Всю жизнь готовясь на парад.

Покои — точно коридоры —

Темны и длинны; тускло взоры

Кроватей видят два ряда.

С 1842 года здание находилось в ведомстве жандармерии. Здесь располагались жандармский батальон и управление 2-го округа корпуса жандармов. В связи с разрастанием города и появлением новых построек, нумерация домов в Первопрестольной тоже изменилась. Согласно плана 1905 года, дом на улице Петровке относился к Сретенской части 1-го квартала и значился уже за номером 197. Просторный двор перед домом использовался для конных учений. За усадьбой был размещён ряд капитальных построек под конюшню, каретный двор, каменные сараи, которые сохранились и по настоящее время. Название Петровские казармы сохранялось за усадьбой вплоть до 1917 года.

После Октябрьской революции 1917 года здание перешло в пользование Административного отдела Моссовета и Рабоче-крестьянской милиции (РКМ) Москвы. По сохранившимся в архивах фотографиям того времени и последующих нескольких десятилетий мы можем увидеть, что центральная часть главного фасада дома оставалась без изменений вплоть до 1952 года. Однако элегантные постройки в виде полукружий, обрамлявшие двор перед усадьбой, и 2-этажные корпуса вдоль улицы уже исчезли.

В 1931 году в здание по улице Петровке с нумерацией дома 34 переезжает Московский уголовный розыск и ос-таётся здесь и по сей день (но уже в доме 38). И только в начале 1950-х годов, в связи с увеличением штата милиции города Москвы, назрела острая необходимость в реконструкции здания и расширении его площадей.

В архивах Государственного музея архитектуры имени А.В. Щусева сохранился один из проектов реконструкции здания столичного милицейского управления, датированный 1952—1953 годами. Центральный фасад здания, который детально представлен в проектной документации, поистине впечатляет своей монументальностью. 6-этажное, с расположенными по центру колоннами с портиком, боковыми корпусами, это здание, образно говоря, в «визуализации проекта реконструкции» уже не напоминало усадебный дом князя Щербатова. И только некоторые элементы декорирования говорят нам об эпохе классицизма в архитектуре.

Уже к 1957 году строительство было окончено. Однако советский архитектор Борис Сергеевич Мезенцев (1911 — 1970) отказался от первоначального варианта реконструкции здания. Чтобы не утяжелять фасад, было решено отказаться от колонн с портиком, оставив эти элементы в оформлении только боковых корпусов.

С тех самых пор и поныне современное здание ГУ МВД России по городу Москве мало чем изменилось. Колонны с портиками являются визитной карточкой знаменитого парадного вида Петровки, 38. И только ажурная чугунная ограда и контрольно-пропускной пункт напоминают нам о том, что это по-прежнему режимный объект. Но это ни в коем случае не мешает москвичам и гостям столицы любоваться привычным и давно сложившимся историческим обликом главного корпуса Петровки, 38, — архитектурной достопримечательности в центре Белокаменной.

Олеся СКУДАРЁВА, фото из фондов Музея истории МУРа и из открытых источников