petrovka38

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД РОССИИ ПО Г. МОСКВЕ СЛУЖИМ РОССИИ, СЛУЖИМ ЗАКОНУ!

    
Руководство:
Баранов Олег Анатольевич -
начальник ГУ МВД России по
г. Москве, 
генерал-лейтенант полиции
   
Телефон ГУ МВД России по г. Москве
для представителей СМИ:
(495) 694-98-98
   
Официальный аккаунт
ГУ МВД России
по г. Москве
в сети Инстаграм
@petrovka.38    
 
Перейти на сайт
 
 
 
 

Еженедельная газета

«Петровка, 38»

«Будущее вы строите сейчас»

5437Анатолий ЗУБАРЕВ был одним из тех, кто заложил важнейшие «камни» в основание безотказно работающей системы, тех, чей кропотливый труд обеспечил (и продолжает обеспечивать по сию пору) непрерывную и эффективную деятельность столичных правоохранителей.

—Анатолий Михайлович, почему в своё время вы сделали выбор в пользу тыловой службы, и чем он был обусловлен?

— Выбор профессии обычно определяется направлением и уровнем образования, складом характера. Моё образование было сугубо техническим, я окончил автодорожный техникум. Отслужил срочную службу в армии (даже там я преподавал новобранцам «двигатели внутреннего сгорания»), вернулся к привычному для меня делу и отдал ему практически тридцать лет.

Я пришёл в Автохозяйство № 2 автотранспортного отдела ХОЗУ столичного ГУВД, строящееся на Перерве. Был обычным гражданским специалистом и не собирался когда-либо становиться милиционером. Начинал с должности мастера, был начальником авторемонтных мастерских, главным инженером и т.д.  Отучился на вечернем факультете финансового института, получил высшее экономическое образование.

62268— Как вы, пройдя все ступеньки профессионального роста, определяете для себя роль тыловой службы в общей системе функционирования органов внутренних дел?

— Не хотелось бы говорить (а по сути — повторять) многократно сказанные слова о том, что невозможно выполнять функции охраны правопорядка, не имея транспорта, необходимого оборудования, вещевого обеспечения и много ещё чего. В конце концов, обеспечение вооружением — это тоже тыловая задача. 

Словом, тыловая служба определяется наличием материально-технической базы. Чем она крепче и обширнее, тем удобнее нести службу всем подразделениям полиции. И она, эта база такого огромного организма, как Главное управление, зависит не от сиюминутного финансирования (сколько освоят за месяц, полугодие, год), а от того, что было создано раньше, что составило её основу. Очень важно умело этой основой пользоваться.

— Что ж, тогда, думаю, самое время перейти к «основам». В частности, кто закладывал материально-техническую базу столичной милиции во время вашего прихода?

— Заместителем начальника московской милиции по тыловому обеспечению был Иван Максимович Шутов. И, конечно, он заслуживал бы отдельного разговора —  в силу той роли, которую играл на своей должности, и того уважения, которым пользовался в нашей среде. Изначально Иван Максимович тоже был сугубо гражданским специалистом. Он работал председателем одного из московских райисполкомов и был востребован как опытный хозяйственный руководитель. При Министре внутренних дел Щёлокове подбор таких руководителей, как Шутов, осуществлялся очень тщательно, с прицелом на масштабные задачи, которые вскоре были поставлены перед милицией. Например, подготовка к проведению Олимпиады-80.

Именно при Шутове было построено большинство из нынешних масштабных объектов системы ГУ. В частности, большинство из автохозяйств, наш госпиталь, поликлиники… Да много ещё чего. Просто изначально работая в автохозяйствах, я и выделяю это направление работы.

— А что представляло собой типичное автохозяйство в момент вашего прихода?

— Это были старые довоенные помещения, мало приспособленные под масштабы милиции огромного города. В частности, одно из двух имеющихся — в Ростокино — изначально вообще было мастерской по ремонту мотоциклов. И размеры, и мощности – соответствующие.

Когда мы обустроили и наладили работу автохозяйства на Перерве, начальник автотранспортного отдела ХОЗУ Владимир Алексеевич Лебедев пригласил меня налаживать аналогичное автохозяйство на Рябиновой улице — по образцу нашего. Там, вдыхая жизнь в новую структуру (автохозяйство № 4), я проработал больше трёх лет. Кстати, именно там меня и аттестовали.

А затем меня вновь позвали в Люблино — уже заведовать знакомым мне автохозяйством. А в 1986 году я стал заместителем начальника автотранспортного отдела, где работал около 7 лет, ведя направление технического обслуживания и ремонта.

Когда его руководитель, Виктор Ефимович Писаренков, ушёл на заслуженный отдых, меня вызвал начальник московской милиции Владимир Иосифович Панкратов и предложил  занять эту должность. Так я стал начальником автотранспортного отдела — заместителем начальника ХОЗУ ГУВД.

— Давайте о транспорте немного и поговорим. Вы упомянули про доработку и переделку серийно производимых автомобилей под милицейские нужды. В чём это выражалось? И как впоследствии пришли к приобретению специализированных под полицейские нужды машин?

— Действительно, под милицейские задачи поначалу минимально дорабатывались обычные гражданские автомобили. В частности, на базе всем известного Москвича-2141 на столичном АЗЛК создавалась модификация — Москвич-418.  Отличие от базовой модели состояло в наличии пластиковой перегородки внутри салона, упрощённой отделке задних сидений, механизме фиксации открытия и закрытия задних дверей, наличии проблескового маячка, звуковой установки, радиостанции, комплекта спецсредств.

О закупке импортных автомобилей тогда и речи не было. Технику к Олимпиаде готовили сами. Например, красиво раскрасили существующие автобусы и автомобили. Уже потом, если говорить об импортной технике, первыми поставками из-за рубежа стали б/у автомобили из Германии, перегоняемые нами из Бреста. И затем уже в середине 1990-х стали закупать у американцев полноценный «полицейский автомобиль» Форд Краун Виктория (Ford Crown Victoria), памятный совсем недавнему поколению москвичей, видевших его на улицах города.  Перегоняли через Финляндию.  Я и сам тогда часто ездил в Санкт-Петербург, мотался на пароме через границу.

— Вы сказали о популярных автомобилях, а я вспомнил, как в то время была популярна юмореска Жванецкого «Услышим ли мы, наконец, начальника транспортного цеха?» Как творчество сатирика соотносилось с жизнью?

— Сами понимаете, к этому можно относиться только с юмором. Кто будет терпеть ответственного работника, а тем более руководителя, злоупотребляющего алкоголем на рабочем месте? А вот что действительно имело место, так это то, что в условиях невысоких зарплат и дефицита кадров очень многие из неквалифицированных ремонтных работ мы проводили с привлечением контингента ЛТП (лечебно-трудовых профилакториев, куда по решению суда направляли на принудительное лечение от алкоголизма). Вот этих работяг мы действительно привозили-увозили автобусами. Кто-то из них норовил убежать, а мы старались поймать.

— Вы с ностальгией говорите об автотранспортном секторе, но ведь в должности начальника ХОЗУ ГУВД Москвы вы получили под своё начало много других направлений деятельности.

— Конечно. Но перечислять всего не буду, поскольку буквально всё, чем пользуется и на чём работает полицейский — круг забот нашего ведомства. Как, например, Храм Знамения иконы Божией Матери за Петровскими воротами.  Нынешний храм столичной полиции когда-то вернули епархии, забрав его у одного закрытого института, заново возрождали своими силами. От старого оборудования и хлама помещения чистили и приводили в современный всем знакомый вид все — от рядового милиционера до будущего настоятеля храма, отца Александра, и матушки Галины. Пастырское служение отца Александра Трепыхалина  было с воодушевлением воспринято всем гарнизоном московской милиции.

— Расскажите, как вы заняли пост Председателя совета ветеранов столичного тылового обеспечения  и чем теперь, главным образом, необходимо заниматься?

— Когда я ушёл на пенсию, то дома не сидел, поскольку не привык. Работал управделами в одном из банков, затем в корпорации «Росатом». Как-то при встрече заместитель начальника главка по тылу, Александр Евгеньевич Петриков,  предложил мне создать и возглавить ветеранскую организацию. Честно скажу, привыкнув заниматься совсем другими делами, я поначалу не понимал этой работы.

Но как только столкнулся с первой же ответной реакцией коллег-отставников, понял, насколько она необходима. Занятые люди, отойдя от дел, часто оказываются выброшенными на обочину жизни, никому не нужными. Поэтому им необходимо дать ощущение вовлечённости в активную социальную жизнь. Когда я наблюдаю радость и благодарность, которые испытывают наши ветераны (а их в организации примерно 270 человек), если их не забывают в родном ведомстве  (регулярно поздравляют с праздниками, собирают привычными коллективами, просят делиться опытом), то понимаю важность своего нынешнего участка работы.

И здесь обязательно надо отметить человека, неоднократно упомянутого в вашей газете, без работы которого ветеранскую организацию представить невозможно. Это Людмила Язеповна Чернышова. На её плечах лежит вся техническая часть нашей деятельности. Мало кто, как она, готов нести общественную нагрузку в ущерб своим домашним делам и нуждам.

Когда рядом с собой я вижу людей, заложивших основы того мощного потенциала, которым сейчас владеет столичная полиция, я испытываю теплоту и гордость  за коллег и товарищей, таких как Константин Павлович Соколов, Юрий Андреевич Томашев. Эти люди, всю жизнь вложившие в работу, никогда не были кабинетными чиновниками. Когда надо, они с огромным риском для жизни и здоровья ехали в аварийную зону Чернобыля и работали там, в самом пекле, месяцами. Испытываю  горькое сожаление, когда кто-то уходит от нас. Как, например, Николай Михайлович Шаранков, Анатолий Васильевич Карпов, Андрей Иванович Корнилов, Николай Сергеевич Чернов.

Но дело их остаётся. Оно весомо, его можно потрогать, и оно ещё долго будет служить московской полиции и москвичам.

Беседовал Артём КИРПИЧЁВ,

фото Виктора ПИЛИПЕНКО

Есть такая служба, Номер 40 (9786) от 26 октября 2021г.