Еженедельная газета

«Петровка, 38»

По следу грабителей и убийц

26523Отделение морально-психологического обеспечения УВД по ВАО возглавляет старший лейтенант внутренней службы Игорь СЕМЁНОВ. Но эта строчка в его биографии появилась меньше года назад. А до этого он десять лет проработал в кинологической службе — и ох сколько непростых моментов случается на этой работе!

—В органы внутренних дел меня привёл дядя, — рассказывает Игорь. — Он подполковник в отставке, человек небезызвестный в кинологических кругах. Много лет отдал этой службе, а также работал в МУРе. Жил я тогда под Рязанью. Особых перспектив в тех краях в те времена не было. И прямо в день выпускного дядя подошёл ко мне и спросил: «В полицию пойдёшь?» Я и не раздумывал: «Пойду!» Тогда он сказал: «Но только давай условимся. Ты должен отслужить в армии». — «Хорошо».

Так что после школы я отправился в армию, попал в спецназ ГРУ. А уже с этой подготовкой пришёл в Кинологический центр УВД по ВАО. Стал я инспектором-кинологом группы розыска по запаховым следам человека, поиску трупов, трупных останков, следов крови человека.

— Как вышло, что кинолог стал руководителем ОМПО?

— Служба мне нравилась, но у нас старшими инспекторами были сплошь молодые ребята. Поэтому ближайших перспектив роста не было. А тут на повышение уходил начальник ОМПО, который хорошо знал мою работу. И предложил: «Не хочешь попробовать себя на моём месте?» Вызов интересный, почему бы и нет? Так я внезапно и сменил кардинально направление.

39009Руководство УВД, конечно, сперва с сомнением встретило мою кандидатуру. «Зачем нам нужен человек, который мало того, что на руководящей должности не был, так и вообще в этой сфере никогда не трудился?» Вопрос резонный. Но человек, который меня предложил, в меня верил. Решено было, что если я успешно пройду стажировку в главке, то буду назначен. Стажировку я прошёл. Хотя поначалу было тяжело. Я ведь и азов не знал этой работы. Даже электронный документооборот был для меня неизведанной территорией — на земле-то с этим особо не сталкиваешься. Но всё это уже позади. И по итогам последнего квартала наше подразделение заняло четвёртое место в городе. Результат достойный.

— А кинологическую науку легко освоили?

— В 2013 году я проходил сборы в Ростовской школе служебно-розыскного собаководства. Чудесные полгода! Замечательное место. С удовольствием прошёл там обучение. И через полгода отправился туда снова. Была возможность направить на переподготовку человека, но никто, кроме меня, по разным причинам туда поехать не мог.

Я уже и сам был подготовленный, и собака опытная, так что иногда я вместе с коллегой даже сам проводил занятия для новичков. Некоторые ведь чуть ли не впервые на сборах работали с собакой. Помню, был один сотрудник, который десять лет служил участковым где-то на далёком севере. Но в силу обстоятельств ему пришлось поменять службу. И вот он выполняет приём, собака разгоняется, а этот сотрудник как-то резко её дергает. Я его останавливаю, удивляюсь: «Да ты как будто никогда с собакой не работал!» А оказалось, так и есть. Эту собаку ему только вчера самолётом доставили, и в принципе он кинолог чуть ли не первый день. Но ничего, со сборов уезжали уже обученные сотрудники — в Ростове своё дело знают.

51115Сам я учился на немецкой овчарке Алисе. Она была уже не рабочая, старенькая, болела. Её очень любил начальник питомника Александр Вячеславович Пастушков. С Алисой легко было освоить службу. Но для каждодневной работы нужна была другая собака.

Я позвонил дяде и сказал: «Хочу большого злого кобеля». Тот засомневался: «Справишься?» — «Я же в розыске. Надо справиться».

И он дал мне мощную собаку, Тайсона. Нашёл её в РГАЗУ, это аграрный университет, у них своя кинологическая база. И вот мы знакомимся с Тайсоном. Распахиваются дверцы вольера, на меня прыгает огромная овчарка и сразу кусает за локоть. Тайсон был большой, но кусаться не умел. Собаку, как это ни странно прозвучит, нужно ещё учить кусаться. И вот он схватил меня и, не разнимая челюсти, сполз по руке. Так мы познакомились. Потом нашли общий язык и проработали вместе несколько лет. Тайсон был подрощенный, ему уже тогда было четыре года. В семь лет ему стало тяжело делать большое количество выездов, и я передал его в ППСП.

Для большой собаки моё направление означает большое напряжение сил. Поэтому сейчас кинологи постепенно переходят на «бельгийцев». Эта порода мельче, легче, им проще двигаться, проще работать в жару.

— Вы говорите, что хотели большого злого кобеля. Разве такие годятся к службе?

— Есть собаки с исключительно лютой агрессией. Но всё равно управляемые. С ними можно искать общий язык. У собаки три активные реакции, на основании которых её можно научить приёмам. Есть ещё пассивная реакция — когда собака убегает от человека. Но таких в полицию не берут. Что касается активных, то реакция может быть оборонительная — когда собака сразу атакует, завидев угрозу. Исторически всегда таких собак выбирали для розыска, но сегодня учитывают и другие нюансы. Ещё бывают пищевая и игровая реакции.

Как, например, учат собак искать наркотики? Меня, кстати, однажды сотрудник полиции, не один год проработавший, всерьёз спросил, даём ли мы собакам настоящие наркотики. Это, конечно, чепуха. Мы даём собаке мячик. Она учится его находить. Потом в мячик засовываем имитатор с нужным запахом. Потом мячик убираем, оставляем имитатор. А мячик собака получает, когда найдёт имитатор. Это игровая реакция. Я рассказываю очень кратко, самую суть.

При оборонительной реакции мы даём специальную подушку, которую можно покусать. Если собака успешно проходит по следу — на, потерзай подушку. Собака может быть агрессивной по характеру, но при этом обучаемой и контролируемой.

— Первое задержание помните?

— Приезжаю я со своих первых сборов. Меня приставили к наставнику. Сказали: «Будешь с ним ездить, пока не научишься». И вот моя вторая или третья смена. Вызов. А там — отрезанная голова. Лужа крови — диаметром метра два. Применяем собаку. Она ломится через детскую площадку, через кустарник, к подъезду и на четвёртый этаж. Здесь начинает метаться между двумя квартирами. В одной — недружелюбные, угрюмые мужчины, и мы им явно не нравимся. В другой — компания весёлой молодёжи. Пацаны только что школу закончили, отмечают. Как думаете, какая компания совершила жестокое убийство? Вчерашние школьники. Они позвали с собой праздновать случайного знакомого. За столом произошёл конфликт. Гость понял, что стоит закончить ссору прежде, чем она дойдёт до крайности, сказал, что покинет квартиру. Но подростки мирного окончания не захотели. Догнали его, связали, один отпилил ему голову. Тело забрали, расчленили и выкинули в проезжавший мимо мусоровоз.

Так один человек погиб, а парень со школьной скамьи уехал на 25 лет за решётку. Соучастники тоже получили сроки. 

— После такого ужаса не захотелось уйти со службы?

— Знаете, я после этого видел много разных жестоких ситуаций. Как и, например, патологоанатомы, которые спокойно относятся к вещам, для обычного человека ужасающим. Если ты пришёл на эту работу, то, к сожалению, вид обгоревших тел, утопленников и тому подобное — это данность. Нужно учиться работать, не зацикливаясь на этом.

Хотя был момент, когда даже меня, опытного уже кинолога, что называется, проняло. У одной женщины пропала дочь. Она написала заявление в полицию и пошла домой. А на крыльце столкнулась со своим сожителем, который, взмыленный, куда-то спешил с баулом. Она его спросила: «Ты куда?» — «По делам». — «А что несёшь?» — «Личные вещи». Какое-то наитие заставило её в этот момент спросить: «Может, там моя дочь связанная?» Сожитель изменился в лице, бросил баул и кинулся наутёк. Женщина открыла сумку — а там её дочь. К сожалению, задушенная. Мужчина несколько дней держал девочку в подвале и измывался над ней.

И вот мне надо брать след. Женщина уже выплаканная, отрешённая. Спрашиваю, какую вещь можно взять для следа. Она без эмоций что-то подсказывает мне, помогает. И тут звонок телефона. Она на автомате поднимает трубку. А там весёлый голос чей-то: «Привет! Собирайся! Поехали отдыхать!» У неё лицо даже не меняется, всё равно что маска. «Не могу». — «Почему?» — «Лёша Катю убил». И механически кладёт трубку.

Знаете, я много повидал. Видел, как тело повешенного лопается от удара о землю. Но ничто не проняло так, как эти слова матери. Меня буквально затрясло. Хотелось всё бросить, уйти с места происшествия и помыться.

Мы ведь хоть и привыкаем к ужасам, но не становимся безразличны. Просто учимся не пропускать такие моменты сквозь себя, чтобы сосредоточенно выполнять свою работу.

— После такой службы сейчас, в ОМПО, отдыхаете?

— Службы абсолютно разные, в лоб их не сравнить. Расслабиться в ОМПО точно нельзя. Руководитель всё должен предусмотреть. Ты отвечаешь за личный состав, за различные мероприятия. Это забота о ветеранах, детях, вдовах сотрудников, инвалидах. Мы несказанно много должны этим людям, и я несу определённую ответственность за то, чтобы они не были забыты и ни в чём не нуждались.

Плюс у нас на территории есть подшефный реабилитационный центр для инвалидов. Мы стараемся почаще приезжать туда в гости, помогать, устраивать праздники для его воспитанников.

Физически тоже не отдохнёшь. Бывают дни, когда шагов наматываешь не меньше, чем кинолог за смену.

— Чаще общаетесь с молодыми или опытными сотрудниками?

—  Когда молодые сотрудники полиции заканчивают сборы, для них это праздник. Но я в этот день им напоминаю об одной очень серьёзной вещи. Вы все работаете в коллективе, видите друг друга, разговариваете друг с другом. Если вы замечаете, что ваш товарищ перестал общаться с вами, ушёл в себя, или наоборот, стал
нервно-оживлённым, короче, что его поведение сильно изменилось, то доложите об этом руководству. Возможно, коллега на пути к чему-то нехорошему. Не нужно стыдиться прийти к начальнику и сказать, что с вашим товарищем что-то не в порядке. Может, ему нужно помочь. Возможно, на этом этапе достаточно, чтобы руководитель просто поговорил с ним по-отечески. Хотелось бы, чтобы молодёжь понимала — это не какое-то доносительство или предательство. Это помощь.

К нам сотрудники полиции обращаются довольно часто. На них много обязанностей и большая ответственность. Бывает, перегорают. Чтобы сотруднику всегда хотелось работать, нужно не забывать его хвалить. Достаточно не забыть сказать, что он молодец, что он хорошо справился, — и поверьте, это даёт огромный эффект.

Денис КРЮЧКОВ,

фото Николая ГОРБИКОВА и из архива Игоря СЕМЁНОВА

Яндекс.Метрика