petrovka38

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД РОССИИ ПО Г. МОСКВЕ СЛУЖИМ РОССИИ, СЛУЖИМ ЗАКОНУ!

    
Руководство:
Баранов Олег Анатольевич -
начальник ГУ МВД России по
г. Москве, 
генерал-лейтенант полиции
   
Телефон ГУ МВД России по г. Москве
для представителей СМИ:
(495) 694-98-98
   
   
 
Перейти на сайт
 
 
 
 

Еженедельная газета

«Петровка, 38»

РОЖДЁННЫЙ «ТАЙФУНОМ»

1114500Продолжаем знакомить читателя с главами книги Сергея Лагодского и Юрия Ржевцева «Московские «ястребки»: без грифа секретности» (публикуется с сокращениями).

(Продолжение. Начало в № 27, 28, 30.)
Особой датой в истории полка следует считать 29 апреля 1942 года. Дело в том, что именно в этот день командование впервые с момента сформирования части произвело присвоение воинских званий младшим командирам. Впоследствии такая практика здесь стала нормой. Правда, не обошлось без курьёза, вызванного, вероятней всего, отсутствием в полку списков военнообязанных: приказом по части за № 139 от 6 мая 1942 года младшему командиру взвода связи сержанту запаса Ивану Васильевичу Мисину было присвоено звание… «младший сержант», что повлекло после того, когда разобрались, отмену этого решения.
1114532 Руководители московской городской милиции в ходе поездки в боевые порядки войск Западного фронта: в центре — начальник политотдела полковой комиссар Иван Акимович Кожин (впоследствии — комиссар милиции 2­го ранга в отставке), крайний справа — заместитель начальника Управления милиции г. Москвы полковник Александр Яковлевич Махоньков. Зима 1941/1942 гг. (но не ранее конца января)
Справедливость в отношении озвученного выше младшего командира восстановили через четыре дня. И всё-таки, невзирая на ополченский статус, на весь личный состав с самого начала и в полной мере были распространены положения Общевоинских уставов, включая Дисциплинарный. В частности, злостные нарушители служебной дисциплины и, прежде всего, «самовольщики», подвергались своими командирами взысканиям вплоть до строгого: ареста с содержанием на гауптвахте. В ряде случаев нарушители после отбытия наказания отчислялись из полка с направлением в военкомат для призыва в установленном законом порядке на действительную военную службу. Не менее строго за допущенные ими проступки командование полка спрашивало и с представителей старшего и среднего комсостава, и особенно жёстко — за факты пьянства и дебоша. Как правило, выпивохи, пойманные с поличным, незамедлительно и невзирая на лица снимались с занимаемых ими должностей с понижением или даже вообще откомандировывались в распоряжение кадрового аппарата регионального УНКВД за новым назначением вне полка. Среди наказанных подобным образом — и командиры подразделений разного уровня, включая ротного по фамилии Корнеев, и даже отдельные из начальников служб и, например, начпрод младший лейтенант госбезопасности И.Ф. Табаков…
1183500 2 ноября 1944 года столичная милиция, в том числе и за боевую
доблесть, проявленную при обороне Москвы, была удостоена ордена Красного Знамени.
Эту высокую награду в Кремле получила официальная делегация Управления милиции г. Москвы во главе с генерал­майором Александром Яковлевичем Махоньковым.

После торжественной церемонии вручения награды члены делегации поспешили в фотоателье, чтобы увековечить сам факт этого по­настоящему исторического события
А вот к военной присяге «ястребки» приведены не были. Причиной тому — всё тот же статус ополченцев, а не военнослужащих. Многие из тех, кому впоследствии посчастливилось выжить в горниле битвы за Москву, на верность Родине торжественно поклянутся уже только 12 июля 1942 года — как воины новосозданного 308-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР. Но, вместе с тем, обратим внимание, что сильной стороной любых ополченческих формирований является принцип добровольности. Вот как это выразил на страницах книги своих послевоенных мемуаров ветеран полка Константин Григорьевич Левыкин: «И всё-таки до сих пор мало кто знает, что такой полк был, что он внёс свой вклад в дело разгрома фашистов под Москвой, что он полностью состоял из необученных добровольцев — рабочих московской типографии «Красный пролетарий», служащих отделений банков и сберкасс Коминтерновского, Дзержинского, Красногвардейского районов Москвы, рабочих московских заводов «Борец» и имени Орджоникидзе, служащих московской милиции, рабочих подмосковных городов Подольск, Балашиха, Раменское и, наконец, из школьников, жёлторотых недорослей московских, мытищинских, пушкинских, ивантеевских, балашихинских, перовских, люберецких, талдомских, загорских и дмитровских школ. И только сами эти участники могли бы объяснить причины высокой боеспособности этой нерегулярной, не прошедшей специальной подготовки и не оснащённой необходимым вооружением части. Мы были все настоящими добровольцами. Нас никто не принуждал, кроме собственного сознания, взять в руки оружие и вступить в бой с врагом. Нас не останавливали при этом ни возраст, ни физические ограничения по здоровью, ни возможность получить бронь. В составе полка были люди уже очень взрослые и мальчишки, ещё не успевшие стать мужчинами, были спортсмены — студенты Института физкультуры, рекордсмены и чемпионы страны: такие, как гиревики-штангисты Израил Механик, Николай Кузнецов, альпинист Ушацкий, воздушный гимнаст Немчинский, боксёр Виктор Князев. А рядом с этими богатырями в строю стояли очкастые, узкогрудые бухгалтера, совслужащие наркоматов и мы, вчерашние школьники. Силу нам всем давало сознание необходимости участия в общем бою. Говорю это без всяких претензий на признание. Знаю, что не только мои однополчане были одержимы этой самоотверженной идеей».

(Продолжение следует.)

Номер 31 (9485) от 25 агуста 2015г., К 70-летию Великой Победы