petrovka38

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД РОССИИ ПО Г. МОСКВЕ СЛУЖИМ РОССИИ, СЛУЖИМ ЗАКОНУ!

    
Руководство: Баранов Олег Анатольевич
Начальник ГУ МВД России по г. Москве, 
генерал-майор полиции
   
Телефон ГУМВД для представителей СМИ: (495) 694-98-98    
 
Перейти на сайт

Еженедельная газета

«Петровка, 38»

Клос и «отмороженная» банда

52681Олег Шеменев попал в поле зрения правоохранительных органов в 1989 году. В 30 лет от роду в преступном мире он стал известен как Клос, а также как Борода, когда отпустил соответствующую растительность. После службы в армии постоянной работы не имел. Занимался восточными единоборствами. Ироничный, с чувством юмора, коммуникабельный, мстительный, беспощадный. Его непредсказуемость и жестокость шокировали ближайшее окружение.
Ускользал, как оборотень

В родной Ивантеевке Шеменев одним из первых начал заниматься квалифицированным вымогательством. Сколотил «бригаду» и «доил» едва оперившуюся коммерцию. В 1990—92 годах начались крупные разборки за передел сфер влияния. Он всегда обострённо чувствовал опасность и вовремя уходил из района, где ему готовили «неприятности». В 1990 году Шеменев с ивантеевской бригадой разгромил кафе «Восход» на Бабушкинской улице. Чеченцев избивали битами, кого-то убили. Занималось этим уголовным делом 105-е отделение милиции. Но безуспешно: Шеменева, задержав, вскоре отпустили. Позднее его не раз арестовывали за разбойные нападения и вымогательства в Москве. Но он, подобно оборотню, всегда непостижимым образом уходил от наказаний: всякий раз следствие не могло доказать его вину, а свидетели и потерпевшие неожиданно меняли показания.

Ставка на крайний беспредел

Шеменев переехал в Мытищи, где с 1991 по 1994 год снова работал «по профилю», подмял под себя местных «бойцов», в том числе братьев Жигановых — сыновей Ростика, ныне покойного «вора в законе». Занимался тем же: «квалифицированными» вымогательствами, наркотиками — от хранения до распространения. И сам пристрастился, нюхал кокаин.

Обстоятельства вынудили Клоса перейти на нелегалку: у него появилось слишком много врагов. В банде началось брожение, она стала сыпаться, как дом из песка, упала дисциплина. В такой ситуации, чтобы сохранить остатки авторитета, Шеменеву ничего не оставалось, как сделать ставку на крайний беспредел. Деваться было некуда: с одной стороны — милиция, правоохранительные органы, ждущие момента засадить его за решётку, с другой — недруги из преступной среды. И всё же достаточно сильный костяк банды Шеменев сохранил и подчинил себе. Авторитетов для него не существовало. Перестал отстёгивать в воровской общак. «Отвязался». Таких среди воров называют отмороженными, — они не чтут «старых добрых» воровских законов.

Тех, кто заявлял, что с ним не по пути, потом находили в канаве с простреленной головой. Братва боялась непредсказуемости Клоса как огня. Действовал он чаще на территории Москвы: коммерсантов пруд пруди, была возможность лавировать. Он разработал хитроумную систему передачи денег, которые ему выплачивали коммерсанты. Передавались они через несколько посредников, перебрасывались по пути следования из машины в машину. Доказать вымогательство было почти невозможно.

Дачники-налётчики

В феврале 1997 года РУОПу по Московской области была поставлена задача ликвидировать данную банду. Кроме Шеменева оперативники никого не знали. Все его «соратники» — ивантеевские, мытищинские, московские, пушкинские «бойцы» ещё в 1992 году съехали с мест прописки, исчезли вместе с семьями — у кого они были. В огромной Москве и области предстояло найти места, где бандиты отлёживались после преступлений. И уже через месяц выяснили, что преступники снимали дорогие, комфортабельные дачи, причём в престижных районах, к примеру, в Одинцово. Хозяева тоже были не простые: артисты, депутаты, бизнесмены. Съём оформляли через подставных лиц. Платили за дачу от 3 до 5 тысяч долларов в месяц. Деньги крутились бешеные. И их надо было всё время добывать.

Немало вымогательств, разбоев числилось за бандой и в Московской области. Но доказать их было крайне трудно: потерпевшие, свидетели отказывались писать заявления, давать показания.

Как «раздавить» бизнесмена

И всё же оперативники вышли на коммерсанта, которого вымогательства довели до последней черты. Тем не менее всё равно пришлось долго убеждать его, что милиция — единственная сила, которая реально может ему помочь. Новиков, назовём так его, за три года общения с Шеменевым и его подручными превратился из преуспевающего бизнесмена в морально раздавленного, психически надломленного человека.

Однажды Клос привёл своих людей: «Вот познакомься, твои новые сотрудники». Новиков подчинился, ввёл в штат заместителем по производству Александра Михеева, самого пожилого члена «бригады», 1952 года рождения. Вторым представленным был «юрисконсульт» Денис Николаев, студент юрфака четвертого курса Гуманитарного института, женатый, с юношески пухлыми губами. Оба регулярно получали зарплату, попутно контролируя все доходы Новикова.

Самым молодым членом банды был Константин Карелин, 1975 года рождения, раньше занимался частным извозом. Его брат, тридцатилетний Вадим, имел кличку Доктор: доставал кокаин. «Вот приедет Доктор, Доктор нас полечит!» В банде все были законченными кокаинистами, употребляли бешеные дозы: на наркотики улетали огромные деньги, и уже никакие моральные принципы не останавливали, чтобы выбить из жертвы очередную сумму.

В декабре, во время очередной встречи, одурманенные наркотиками Карелин-старший и Антипкин по кличке Петруха сильно избили Новикова. Он еле пришёл домой и тут же потерял сознание. В Склифосовского, куда его отвезли, обнаружили три сломанных ребра, ещё в трёх — трещины, разрыв лёгкого. Два года жена Новикова жила в счастливом неведении, не знала о кабале, в которую попал муж.

Предел терпению наступил, когда у Новиковых родился ребёнок. Буквально через две недели после роддома к счастливой супружеской паре, прогуливающейся с колясочкой, подошёл Евстигнеев. Любящий отец двух детей умильно заметил: «Какой хороший ребёночек! Ушки его я тебе пришлю в следующий раз, если ты мне не заплатишь».

И «глюки» стали реальностью

Клос всех повязал на крови, практически за каждым членом банды — совершённое убийство. Стреляли и в отошедшего от «дел» соратника, зная, что в машине сидел его ребёнок. К счастью, пули прошли мимо. Приказал Клос — и каждый бы, не дрогнув, выстрелил из гранатомёта в детский сад, очередью по толпе. Нравственные нормы, запреты растворились в разрушенных наркотой головах. Под воздействием кокаина начинались галлюцинации, мерещились за окнами собровцы в масках. Но однажды «глюки» стали печальной реальностью…

Новиков написал заявление в РУОП, когда понял, что может потерять не только свою жизнь. С его согласия в офисе поставили прослушивающую спецтехнику и видеокамеру, чтобы подтвердить вымогательство денег. Но Шеменев был очень осторожен, как чувствовал что-то. Разговаривал с Новиковым исключительно вежливо, с непременной улыбкой. Обходились без угроз и запугиваний. Надломленная за три года жертва повиновалась беспрекословно. Приходилось ждать, когда прозвучат реальные угрозы.

К тому же главарь применял методы негласной работы: установили за Новиковым наружное наблюдение. Бандиты приезжали, как правило, неожиданно, и надо было не просто записать на видео, но и прослеживать ситуацию, вовремя прийти на помощь, если вдруг дело дойдёт до угроз и убийства.

В течение месяца оперативники имели лишь один выходной, спали по два-три часа. Новикову же приходилось скрываться, своих спрятал, там не появлялся, чтобы не пронюхали бандиты. А тут ещё его семья столкнулась с элементарной житейской проблемой: им нечего было кушать. Чтобы откупиться от бандитов, Новиков влез в огромные долги. Осталась только фирма, раздетая до нитки. У преуспевавшего в недавнем прошлом бизнесмена семья столкнулась с проблемой голода. И ребята-руоповцы, посовещавшись, единогласно решили: половину материальной помощи, которую им выписывали, отдавать жене и сыну. Спасать так спасать! Жена Новикова, когда узнала об этом, расплакалась.

Последняя «стрелка» в центре Москвы

Наконец оперативники, проделав огромную работу по установлению реальных адресов проживания членов банды, их связей, телефонов, получили надёжные доказательства фактов вымогательства для следствия и суда. Настал долгожданный момент для ликвидации банды Шеменева. И вдруг в последний момент — неожиданная накладка. Бандиты приехали крайне возбуждённые, ничего не объясняя, забрали с собой Новикова. Оперативники сели на «хвост». Через сутки Новиков прозвонил в управление: «Жив!» Бандиты поставили ему ультиматум: «Срочно по всей Москве ищи деньги!» Видно, сильно поиздержались на наркоте.

28 марта Новиков вернулся в офис. «Стрелку» с двумя бандитами ему назначили в центре Москвы. На месте встречи расставили бойцов СОБРа. «Ходоков» взяли тихо и спокойно, тут же развели в стороны, так что окружающие ничего и не заметили... Ещё дважды Клос посылал пару братков за деньгами, не догадываясь, что это конец. Шестерых бандитов — Трушина, Карелина, Зорина, Михеева, Евстигнеева и Николаева — взяли без единого выстрела. Через 15 минут последняя троица — Шеменев и его ближайшие помощники Петруха и Доктор — тоже сидела в наручниках. У них обнаружили меченые деньги, которые вымогали, определили и места, где их тратили.

Арсенал банды и старые адреса

Теперь, прежде всего, надо было найти оружие. И вот поступила информация, что прячут его в гараже. Нашли и военнослужащего, его хозяина. Показали ему фотографии. «Да, это именно те ребята, которым я сдал гараж! — опознал он Зорина. — А что они натворили? — Вскрывайте, сейчас увидите!» У военного глаза полезли на лоб. За дверями обнаружили арсенал: 30 единиц стрелкового оружия — автоматы, пистолеты отечественного и импортного производства, снайперскую винтовку, помповое ружьё, гранатомёт «РПГ-18» — «муха».

Сотрудники РУОПа поехали по старым адресам потерпевших, чтобы вернуть на свет подзабытые преступления, о которых боялись заявлять: такой страх внушал Клос. И ещё несколько заявлений по нападениям, разбоям, вымогательствам легли на стол начальника управления. Запуганные вздохнули свободней, звонили: хочу дать показания.

Банду ликвидировали в кратчайшие сроки, всего за один месяц. Главарь и его боевики отправились за решётку. У них были сильные ломки, некоторые даже пытались покончить с собой. Но от кокаина отказались. Боялись, что под действием наркотиков проболтаются. Они и в камерах панически боялись бывшего лидера.

Сергей ВОЛОГОДСКИЙ,

коллаж Николая РАЧКОВА

Литературная страница, Номер 47 (9648) от 18 декабря 2018г.