petrovka38

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД РОССИИ ПО Г. МОСКВЕ СЛУЖИМ РОССИИ, СЛУЖИМ ЗАКОНУ!

    
Руководство: Баранов Олег Анатольевич
Начальник ГУ МВД России по г. Москве, 
генерал-майор полиции
   
Телефон ГУМВД для представителей СМИ: (495) 694-98-98    
 
Перейти на сайт

Еженедельная газета

«Петровка, 38»

Откровенный разговор

 
Окружные полки патрульно-постовой службы — одна из самых многочисленных сил окружного подчинения. У каждого полка имеются свои проблемы и достижения. А еще их, как и всю московскую милицию, ждут большие перемены. Об этом наш сегодняшний разговор с командиром полка ППСМ УВД по СВАО полковником милиции Эдуардом ИВАНОВЫМ.
  
— Эдуард Юрьевич, грядущее во всем главке сокращение сегодня, пожалуй, самый актуальный вопрос. Давайте начнем наш разговор с этой темы.
— Да, действительно, это злободневная тема, ведь весть о том, что министр внутренних дел России поддержал решение начальника ГУВД по городу Москве о сокращении численного состава столичных правоохранительных органов на 15%, уже дошла до каждого. Ответить за другие службы и подразделения, на сколько они поредеют, я не компетентен. Что касается окружных полков ППС, могу рассказать о следующем нововведении. Во всех территориальных ОВД упраздняется служба ППС, а ее функции будут выполнять сотрудники окружных полков. Так что мы не только не сокращаемся, наоборот, дано указание увеличить штат с 500 до 750 человек.
— Судя по интонации, с которой вы говорите об этом новшестве, могу заключить, что вам это не по душе. Я прав?
— Отнюдь. Уверен, что это очень верная мысль. Заботит меня другое. Дело в том, что ППС из районных отделов выводят не полностью, ГНР по-прежнему будет состоять из сотрудников ОВД. Нам же должны откомандировать всех остальных милиционеров. Однако надо учесть, что некомплект личного состава есть в каждой из рот ППСМ территориальных отделов. Следовательно, на случай замены заболевшего или ушедшего в отпуск милиционера должен быть запас, поэтому руководство ОВД оставит у себя какое-то количество сотрудников. Вот у меня и вызывает большое сомнение, получим ли мы с «земли» хоть кого-нибудь из «живых» людей.
— А у вас самих на сегодняшний день дефицит кадров большой?
— Вы будете удивлены, но наши ряды милиционеров и инспекторов служб насчитывают ровно столько сотрудников, сколько положено по штату. Другая беда — есть кому службу нести, но нет кому руководить. Я имею в виду нехватку командиров рот и взводов. Как правило, на эту должность из других подразделений к нам не переводятся, да и мы сами не особо приветствуем такие назначения, предпочитаем выдвигать на эти посты своих же сотрудников. Но для таких назначений есть ряд обязательных требований. Это должен быть не просто толковый офицер, а человек, наделенный организаторскими способностями, умеющий руководить коллективом и заслуженно пользующийся в этом коллективе уважением. К сожалению, люди с вышеуказанными качествами не желают «идти во власть». Объясняется это просто — нет стимула, ведь зарплата будет такая же, а ответственность возрастет многократно. Кстати, по этой же причине приходится буквально бегать и уговаривать рядовых и сержантов, чтобы они шли на учебу и становились офицерами.
— Объясните, почему же в территориальных отделах постовых некомплект? Служба в полку легче, чем на «земле», или существуют еще какие-то бонусы?
— Никаких существенных отличий в службе нет. И уж тем более каких-то льгот человек, работающий в полку, не получает. Вероятно, просто там, на «земле», не шибко хотят, чтобы к ним люди шли. Мы за каждого кандидата на службу боремся. Для работы с этим контингентом у нас даже создана группа комплектования, сотрудники которой размещают рекламу в общественном транспорте и в окружных газетах, проводят беседы с военнослужащими срочной службы, агитируют выпускников учебных заведений. Однако наибольший результат достигается ими при общении с гражданами через Интернет. У полка имеется свой сайт, где каждый желающий может задать любой вопрос на милицейскую тематику и получить квалифицированный ответ. Пришедшего к нам в полк трудоустраиваться не принято бросать на полпути. Прекрасно зная о том, что в процессе беготни с сотней бумажек многие соискатели бросают это дело и идут работать в частную фирму, сотрудники группы комплектования оказывают им не только методическую, но и практическую помощь.
— В результате такой борьбы за каждого «клиента» сколько ж может попасть на службу, скажем так, нехороших людей, которые...
— Я понял, о чем речь. Говоря о помощи, имеется в виду не то, что мы кандидата на работу за уши через все этапы поступления протаскиваем, подгоняя и анкету, и физические данные под установленные нормы. Нет. Некоторым не хватает элементарной информационной поддержки: где взять такую-то справку и что делать, если такой-то документ утерян, и так далее. Да что говорить, будто вы сами не знаете, как бывает: приезжаешь на другой конец города за официальной бумажкой, отстоишь километровую очередь, получишь, а потом когда ее по месту требования привозишь, выясняется, что в ней не поставлена печать или подписи нет. Как этого разгильдяйства избежать? Заранее проинструктировать человека. А сколько можно пробегать в поисках участкового, без справки от которого не обойтись? То он болен, то выполняет особое задание, то в установленные часы приема человек не может прийти. Когда же все получится, потом нужно будет ждать, когда данная справка по почте дойдет. Куда проще этот вопрос решается сотрудником группы комплектования — выяснил через дежурного ОВД, где околоточный, подъехал туда, взял от него рапорт и сам же привез его в отдел кадров. На все про все — час, не более.
Что же касается нехороших людей, отвечу так. К нам в отдел кадров все приходят опрятно одетыми, трезвыми и с чистыми помыслами, поэтому выявлять недостатки приходится уже в процессе работы. Благодаря тому, что наше подразделение не испытывает нехватку работников, мы без сожаления расстаемся с теми, кто порочит честь мундира или не справляется со своими служебными обязанностями. Так, в этом году из полка уволены 76 человек, из которых 50 были именно выгнаны. Основных причин для расставания с этими людьми было три: пьянство, поведение в быту, не соответствующее облику стража порядка, покидание маршрута патрулирования.
— А остальные 26 человек по каким причинам оставили подразделение?
— Жизнь есть жизнь. Одни уходят на пенсию, другие переводятся. Причем в первом случае потеря сотрудника тревожит. Уходит старое поколение, обладающее огромным жизненным и служебным опытом, остается одна молодежь, потому как милиционеры со стажем работы и есть перебежчики. Когда это происходит, становится досадно. Только мы обучили новобранца всему, как через год-другой его, поднаторевшего и полностью готового к самостоятельной работе, забирают себе местные отделы.
— Почему так происходит?
— У нас все офицеры находятся на должностях инспекторов служб, чей потолок по званию — старший лейтенант. Отделы же наших сотрудников, как правило, забирают на должности участковых, оперуполномоченных или дознавателей, а это автоматически дает людям рост до капитанских звездочек. К тому же есть и дальнейшая перспектива продвижения по службе — получение должности старшего участкового, оперуполномоченного или дознавателя и майорского звания. У нас таких возможностей нет, поэтому на тех, кто ушел, я не в обиде. Получается, что полк — это кузница кадров для всего округа.
— Какие еще есть проблемы у полка?
— За угоны автотранспорта с нас в не меньшей мере спрашивают, чем с ГАИ. Однако сотрудники Госавтоинспекции в возможностях проверки автомобилей на угон находятся в привилегированном положении. Для инспектора ДПС получить информацию о вызвавшей подозрение машине — секундное дело: кликнул своего дежурного или ближайший стационарный пост по радиостанции и получил ответ. Нам же, как и всей остальной милиции округа, эта информация доступна только через диспетчера автоматизированной информационно-поисковой системы (АИПС). Потребность в данных АИПС есть у всех, кто работает на территории: и у участкового, и у сотрудника вневедомственной охраны, и у постового, и у опера. А в АИПС всего два диспетчера — один работает на телефоне, другой отвечает на радиозапросы. Из-за постоянной занятости этого информационного канала зачастую происходит следующее. Во время патрулирования милиционер обратил внимание на припаркованный автомобиль, стал вызывать диспетчера, чтобы узнать, не в розыске ли данное транспортное средство. Кричал-кричал в рацию, не докричался, побежал звонить в АИПС по телефону. Пока дозвонился и выяснил, что интуиция его не подвела и машина действительно в розыске, ее и след простыл. Мы обращались в окружное УВД с просьбой установить в нашей дежурной части эту базу данных. Причем компьютерная техника у нас есть своя, не нужен даже диспетчер, только программа. Но нам ответили, что возможности такой пока нет.
— Полк расширяется, и у него неизбежно должна появиться проблема и с транспортом, и со средствами связи. Ведь так?
— Вовсе нет. У нас и сегодня есть небольшой некомплект транспорта, который возник в связи с тем, что не так давно мы полностью избавились от старых машин, но префектура округа уже перечислила деньги за внушительную партию новых автомобилей для нас. Они появятся в гараже полка очень скоро, и тогда транспорта у нас будет даже больше, чем положено. К тому же все больше и больше у нас становится пеших постов, которым при выполнении поставленной задачи автомобиль не нужен. Как пример приведу студенческий городок на Ярославском шоссе, на территории которого общественный порядок обеспечивается нашими силами. Мемориальный комплекс на Аллее космонавтов, что рядом с ВВЦ, тоже находится под защитой полка. Где там на машине-то ездить?
Что касается радиостанций, то весь парк носимых раций в прошлом году заменен на новые, современные цифровые образцы. Получили мы их с большим запасом.
— А как еще задействуются ваши сотрудники?
— Охрана общественного порядка в режиме автопатруля и пешего патруля — основная, но далеко не единственная наша задача. Во-первых, охрана всех массовых мероприятий, проходящих в округе, во многом ложится на наши плечи. Для этого в полку существует отдельная рота, сотрудники которой проходят специальную подготовку по предотвращению массовых беспорядков и обучены специфике работы при несении службы в местах большого скопления людей. Во-вторых, нас постоянно задействуют на совместных операциях с различными службами, которые направлены прежде всего на предотвращение и пресечение самых распространенных преступлений. Это и совместные рейды с ГАИ, направленные на предотвращение краж и угонов автотранспорта, вместе с оперуполномоченными окружного ОУР мы противостоим грабежам и разбоям. Также сотрудники полка периодически оказывают физическое прикрытие представителям Федеральной миграционной службы при проверке гостиниц и рынков.
— Интересно было бы узнать, по какому принципу происходит расстановка нарядов? На какую «землю» прежде всего выставляется экипаж?
— Наши сотрудники работают по всей территории округа. По возможности мы стараемся направить экипаж в каждый ОВД, но, как я уже говорил, задач у нас много, поэтому людей не всегда хватает. В первую очередь мы перекрываем все наиболее криминогенные территории, а остальные районы — по остаточному принципу.
— А какие в округе самые криминогенные «земли»?
— Чем больше территория ОВД, тем больше там совершается преступлений. Самые большие районы в СВАО — это Отрадное, Бибирево, Бабушкинский, Останкинский.
— И последний вопрос. Если кто-либо из читателей изъявит желание служить в полку ППСМ УВД по СВАО, каковы должны быть его действия?
— Во-первых, нужно иметь желание работать в нашем подразделении. Это, наверное, главная составляющая. Во-вторых, нужно просто прибыть в полк на собеседование. Напомню, что в милицию принимаются граждане России, имеющие образование не ниже среднего, отслужившие в Вооруженных силах (это касается мужчин), годные по состоянию здоровья и не имевшие проблем с законом. Так что звоните, мы ждем.
Беседовал Вячеслав АНДРЕЕВ,
фото автора