petrovka38

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД РОССИИ ПО Г. МОСКВЕ СЛУЖИМ РОССИИ, СЛУЖИМ ЗАКОНУ!

    
Руководство: Баранов Олег Анатольевич
Начальник ГУ МВД России по г. Москве, 
генерал-майор полиции
   
Телефон ГУМВД для представителей СМИ: (495) 694-98-98    
Официальный аккаунт
ГУ МВД России
по г. Москве
в сети Инстаграм
@petrovka.38    
 
Перейти на сайт
 
 
 
 

Еженедельная газета

«Петровка, 38»

В ЛЕСУ ДЫМИЛАСЬ ЁЛОЧКА

1Есть старинная русская поговорка: «От копеечной свечи Москва сгорела». Исходником для неё стал Великий московский пожар в первый год царствования Ивана Грозного — в 1547 году, когда, как пишет летописец, «весь град выгорел».

Сегодня, к счастью, пожар такого масштаба и такого государственного ущерба Белокаменной, кажется, не грозит. Зато в стране реально проявилась другая напасть: лесные пожары. Они ведь тоже, условно говоря, «от копеечной свечи»: кто-то чиркнул спичкой, бросил окурок, не затоптал туристский костёр — вот вам и чудовищные последствия. И про «копеечную» — это совсем не выдумки. Экономические затраты поджигателя — стоимость коробка спичек. По данным статистики, именно человеческий фактор в 90% случаев становится причиной выжигания леса. И лишь в 10% случаев лесной пожар начинается по так называемым естественным, природным, причинам — например, от удара молнии.

ГОРИМ, ЁЛКИ-ПАЛКИ!

2Большинство из нас уверены, что лесные пожары «где-то там» — это отдельно от нас и нашего кошелька, а повседневная жизнь в мегаполисе и наша зарплата — это отдельно. Разве что беспокоят палы травы в районе дачи, да и лес там тоже где-то рядом. Но большинство считает: нет смысла паниковать, ведь давно известно — лесные угодья в России горели всегда и ничего, выжили, не разорились…

Но неужели потерянные в пламени деньги для страны были лишними? По подсчётам аналитиков, ежегодно лесными пожарами России наносится экономический ущерб как минимум в 20 миллиардов рублей. Из них до 7 миллиардов — это непосредственный ущерб лесному хозяйству в виде утраты древесины. А остальные миллиардные потери — это затраты на тушение, расчистку сгоревших площадей, на восстановление жилья в лесных деревнях. А ещё есть экономический ущерб от загрязнения продуктами горения и затрат на лечение людей, ущерб от гибели животных и птиц, затраченные миллионы на восстановление лесов.

3Конечно же, это всего лишь приблизительные подсчёты, в реальной жизни потерь значительно больше, каждое погибшее деревце и каждую сгоревшую косулю в рублях не измерить. Тем более что нередко лесные площади, охваченные огнём, в разы превышают размеры лесных угодий, на которых велась заготовка древесины. И можно лишь предполагать, насколько благоприятней была бы экономическая обстановка, если бы все эти сгоревшие «ёлки-палки» пошли, например, на отопление домов в деревне или на изготовление современной мебели. Наша страна до сих пор остаётся не только самой «лесной» в мире, но ещё и занимает первую строчку в рейтинге самых масштабных лесных пожаров на планете. А гореть у нас есть чему: 20% всех лесов мира — российские. Вот и получается, что из-за человеческого фактора мы теряем бешеные и совсем нелишние для бюджета деньги.

УЧЁБА С ОГОНЬКОМ

Впрочем, было бы несправедливо говорить, что российские лесные пожары нас ничему не научили. Ряд огненных уроков Россия всё-таки уже усвоила.

По данным МЧС, средняя площадь одного лесного пожара в текущем году сократилась: если в 2019 году она равнялась 220 гектарам, то сейчас уменьшилась до 151 гектара. Есть, правда, особенность, которая заставляет задуматься: при сокращении средней площади возгорания общее количество лесных пожаров в России по сравнению с прошлым годом даже увеличилось. А значит, увеличилось и количество наших хлопот, не говоря уже об экологических потерях. Учёные подсчитали, что только за один день один гектар леса поглощает из воздуха до 280 килограммов углекислого газа, а выделяет до 200 килограммов кислорода. Нужно ли пояснять, что мы теряем, когда тысячи и тысячи лесных гектаров превращаются в пепел? В придачу к всеобщему изменению климата всё это выглядит незавидным подарком для экологии планеты.

Строго говоря, несмотря на все предпринятые меры, ситуация остаётся непростой. Достаточно напомнить, что, скажем, в Подмосковье только за первую половину октября нынешнего года было потушено 34 лесных пожара на площади более 70 гектаров. И это в Подмосковье, где видеокамер в рощах больше, чем дятлов и сов, и ведётся круглосуточное видеонаблюдение, а контролёров разного уровня гораздо больше, чем грибников в любой таёжной глубинке. Благодаря принятым мерам ситуация с задымлением столицы подмосковными пожарами в этом году не повторилась, и это уже хорошо. Но задымления могло бы не быть и ранее, если бы… Если бы всем нам быть более предусмотрительными. Как отмечено впоследствии Счётной палатой, в подмосковных пожарах прошлых лет во многом виноваты наши бюрократические структуры. Во-первых, слишком поздно объявлялась чрезвычайная ситуация, с борьбой с огнём припозднились. Во-вторых, подмосковные леса оказались заваленными сухостоем, вовремя очищать территории не удавалось, да и лесников-то на поверку оказалось маловато для нормального содержания лесов.

Лесная отрасль, конечно же, извлекает уроки в плане пожарной безопасности, но не всегда по полной программе. Так, казалось бы, поучительные лесные и торфяные пожары лета 1972 года, вошедшие в историю чрезвычайных ситуаций страны, должны были бы во многом оградить нас от неприятностей, однако и после того столица будет не раз страдать от удушливого дыма, приплывшего к нам из горящих лесов региона. Почему так? Говорят, раньше с лесными пожарами чиновники успешно боролись… оптимистическими отчётами. Мол, всё хорошо, прекрасная маркиза… Но как верёвочке ни виться… Генпрокуратура неоднократно отмечала искажение чиновниками статистики по лесным пожарам, прокурорам приходилось вмешиваться, поправлять. Тем не менее по просторам страны красный петух до сих пор гуляет с опаснейшим постоянством. Чего только стоит недавний пожар в Рязанской области, где лесостепь и где от пала травы огонь перебросился на военные склады… Ущерб от шального огонька нанесён стране и экономический, и моральный.

При этом некоторые поводы для оптимизма всё-таки есть, не всё так беспросветно. В стране появляется всё больше специальной техники для тушения лесных пожаров. Нашей гордостью стали самолёты-амфибии Бе-200, предназначенные для тушения крупных пожаров с небес. С просьбами к России подсобить этими самолётами в борьбе с огненной стихией теперь часто обращаются представители многих стран. В своё время даже американцы предлагали скооперироваться и наладить выпуск наших Бе-200 на территории США — у них тоже леса горят довольно часто. Но вот как-то не сложилось, и винить в этом кого-нибудь уже поздно. Здесь тоже, наверное, не сработал человеческий фактор. А ведь на борьбе с лесными пожарами в мире наша авиация могла бы серьёзно заработать, да и престиж страны от создания таких мощных пожарных эскадрилий только бы возрастал не по дням, а по часам.

НЕ СУДИМЫ БУДУТ?

При всех потрясающих воображение масштабах ущерба, который наносят стране лесные пожары, конечно же, в первую очередь возникают два любимых вопроса: кто виноват и что делать? Если учесть, что, как уже было сказано, в 90% всех лесных пожаров присутствует человеческий фактор, то, конечно же, следует резонное предложение наказать виновников, чтобы другим неповадно было. А с учётом того, что разгуливающий по лесам и долам красный петух приносит и огромные убытки, и даже человеческие жертвы, нелишне было бы в подобных случаях использовать суровые наказания. Административные и уголовные.

Какова же реальная картина на сегодняшний день? Как выясняется, разобраться с поджигателями российских лесов удаётся далеко не всегда. Хотя именно поджоги, часто умышленные, а иногда и случайные, становятся причиной выгорания лесов. Насколько суровые наказания понесли виновники? Приведём один весьма красноречивый штрих. Наибольшая площадь горевших российских лесов была зафиксирована в 2018 году. По данным «Авиалесохраны», огонь был замечен на 8 млн 674 тыс. гектаров — более 12 тысяч очагов. Фактический экономический ущерб колоссальный. Уголовных дел в том году было возбуждено немало. А что в итоге? Оказалось, что за весь 2018 год, насколько известно, за умышленные поджоги лесов были осуждены… всего 6 человек, а к реальному лишению свободы из них приговорили лишь троих. Вот и получается, что подобные преступления зачастую остаются без реального наказания, злостные поджигатели и беспечные растяпы, кому лень затушить окурок, оказываются не только несудимыми, но даже и без штрафа. Причины либерализма, конечно, самые разные: дело могло развалиться из-за скудости улик, где-то и вовсе закрыли глаза — пожалели неумышленных поджигателей, где-то запутались с подследственностью… И в том же духе. Как результат, вышло много шума с нулевым результатом.

Горят наши ёлки и берёзы, дымятся бесценные лесные просторы год от года. Впрочем, экономические результаты в таких случаях отличаются завидным постоянством: за миллиардный ущерб лесу и стране в целом поджигателю назначается штраф на сумму, с которой сегодня ассоциируется однократный поход в продовольственный магазин.

Александр ДАНИЛКИН, фото из открытых источников

Острая тема, Номер 41 (9738) от 3 ноября 2020г.