petrovka38

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД РОССИИ ПО Г. МОСКВЕ СЛУЖИМ РОССИИ, СЛУЖИМ ЗАКОНУ!

    
Руководство: Баранов Олег Анатольевич
Начальник ГУ МВД России по г. Москве, 
генерал-майор полиции
   
Телефон ГУМВД для представителей СМИ: (495) 694-98-98    
 
Перейти на сайт

Еженедельная газета

«Петровка, 38»

В первую очередь — люди!

img105Звание Героя Российской Федерации генерал-майору внутренней службы Владимиру Максимчуку, легендарному пожарному, совершившему подвиг во время ликвидации чернобыльской катастрофы, было присвоено 18 декабря 2003 года. Данная публикация — отрывок из книги его вдовы Людмилы Максимчук «В пламени истории».
Чернобыль — особая веха, особый случай, особая отметка…

Владимир Михайлович работал в Главном управлении пожарной охраны (ГУПО) МВД СССР. К началу чернобыльских событий имел звание подполковника внутренней службы, занимал должность начальника оперативно-тактического отдела. По долгу службы занимался вопросами атомных станций, понимал, что проблемы существуют, и пытался их разрешить. И вдруг… Или не вдруг? Ночью 26 апреля 1986 года нам домой позвонил дежурный по главку, коротко передал информацию о пожаре на атомной станции в Чернобыле.

001
Людмила Максимчук у памятника
«Огнеборцам Москвы»
Так Владимир Михайлович раньше других узнал о трагедии, подобной которой ещё не было. Чернобыль… Хотя бы где это, в какой части страны? Я тогда ничего ещё не знала, но догадалась, что с радиацией шутки плохи, что это даром не пройдёт (уже гибнут люди!), что лучше сразу отдать полжизни, чем туда ехать — но кто же меня слушал? Владимир Михайлович срочно вызвал машину, поехал на работу. Всё остальное постепенно просачивалось из разноречивых источников: сам факт аварии, оценка её специалистами, реакция общества. Но, в общем, словно ничего такого не ждали — многих тогдашних руководителей застал врасплох набор цифр: 1, 2, 3, 4 секретно, что означало:

1 — возгорание на станции;

2 — крупный пожар;

3 — выход радиации;

4 — есть пострадавшие и погибшие.

Потом эту новость узнали все.

В главке было жарко от Чернобыльского пожара, и сотрудники стояли перед неизбежностью встречи с его последствиями… После пожара 26 апреля 1986 года личный состав по охране Чернобыльской атомной станции выбыл из строя, поэтому было принято решение по созданию сводных отрядов из пожарных частей всей страны. Руководили этим из Москвы. В главке был образован оперативный штаб. Люди приезжали на ЧАЭС, несли вахту, набирали свои рентгены и уезжали, а опасность оставалась.

Владимир Михайлович поехал в Чернобыль в начале мая 1986 года для руководства сводным отрядом пожарных. На станции и вокруг проводился ряд ликвидационных работ. Ситуация говорила сама за себя: не успокаивайтесь, ждите беды! И точно… В самом конце командировки Владимир Михайлович попал на ЧАЭС в сложные условия, в экстремальную аварийную ситуацию в ночь с 22 на 23 мая 1986 года — пожар в помещениях главных циркуляционных насосов третьего и четвёртого блоков.

Пожар был очень опасным, так как в случае его развития грозила остановка этих самых насосов, которые держали на себе третий и четвёртый реакторы — машинный зал был заполнен тоннами масла, а сами трубопроводы и турбины находились под водородом. Остановка насосов неминуемо вела к выходу из режима третьего блока ЧАЭС, это грозило страшной катастрофой. Последствия её были бы гораздо серьёзнее, чем последствия катастрофы 26 апреля.

Тщательный анализ фактов показывает, что подполковник Максимчук отдавал себе отчёт в том, чем это реально грозит людям и станции. Всё высокое руководство, находившееся «за тридевять земель», по существу, самоустранилось от вопросов тушения, и простому подполковнику пришлось полагаться только на себя. Интересно, как бы вышестоящие начальники отчитывались перед руководителями государства, если бы Максимчук не выручил их всех сразу? Владимир Михайлович не растерялся, а напротив, собрал все свои силы и умение, чтобы не дать развиться этому пожару, и в то же время — сохранить жизни людей, не допустить их гибели. Он прибыл к месту аварии, принял личное участие в разведке и тушении. Уникальность случая в том, что такой боевой разведки пожара в мире ещё никто не проводил, да и подобного пожара тоже не было — до этого. Ни высокая радиация, ни зашкаливание приборов, ни серьёзная радиационная рана на ноге (!), полученная незадолго до пожара при обходе территории АЭС, ни отсутствие средств защиты — ничто не смогло остановить его. При всём этом — отношение к людям, стремление сберечь их жизни, что явилось проявлением высочайшего профессионализма и человеколюбия.

Дело в том, что в уставных документах пожарной охраны МВД СССР не было указаний к действию оперативных подразделений по тушению пожаров на атомных объектах, что стало причиной гибели 28-ми человек на ЧАЭС 26 апреля 1986 года. Но Максимчук поступает решительно, с опережением установок. Он избирает верную тактику посменного тушения в условиях повышенной опасности (в каждой смене 5 человек — бойцы во главе с офицером), ограничивает пребывание каждой смены в опасной зоне (до 10 минут), чтобы люди не переоблучились. Далее — мобилизует всех имеющихся в наличии сотрудников и резервистов, вызывает резерв из Киева и Иванково, лично руководит тушением пожара с 2 часов 30 минут до 14 часов 23 мая 1986 года — пока физически держится на ногах. Уже отдавая последние силы, Владимир Михайлович произвёл расчёт пенной атаки с таким прицелом, чтобы не дать вспыхнуть пожару вновь или «проснуться огню» в другом месте кабельных тоннелей.

Его уверенные действия позволили пожарным успешно осуществить верный замысел на практике, ликвидировав смертельно опасный очаг пожара за относительно короткое время. Как справедливо говорили тогда, решительность и самоотверженность Владимира Михайловича спасли подчинённых ему людей (а их было 318 человек, и все остались живы), станцию и — по большому счёту — полпланеты.

С тех самых пор пожарные страны стали называть Владимира Михайловича Максимчука Героем Чернобыля.

Подготовил Александр ДАНИЛКИН, фото из архивов