petrovka38

ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД РОССИИ ПО Г. МОСКВЕ СЛУЖИМ РОССИИ, СЛУЖИМ ЗАКОНУ!

    
Руководство: Баранов Олег Анатольевич
Начальник ГУ МВД России по г. Москве, 
генерал-майор полиции
   
Телефон ГУМВД для представителей СМИ: (495) 694-98-98    
Официальный аккаунт
ГУ МВД России
по г. Москве
в сети Инстаграм
@petrovka.38    
 
Перейти на сайт
 
 
 
 

Еженедельная газета

«Петровка, 38»

СКРОМНЫЙ ВОИН

 

— Только не пишите обо мне, пожалуйста, много, — начал наш разговор Новомир Павлович Роменский. — Ну какие у меня заслуги, есть более достойные люди.
Скромность. Пожалуй, это главная черта его характера. Он нехотя рассказывает о своём служебном пути, саму малость. А между тем Новомир Павлович был в числе первых сотрудников ведомственного формирования, ставшего впоследствии Управлением организации дознания ГУ МВД России по г. Москве. Совсем короток и его рассказ о фронтовом пути. Однако эта сухая краткость скрывает хоть и недолгий, но славный боевой опыт, оценённый целым рядом орденов и медалей.

Новомир Павлович родился в 1925 году во Владикавказе. Однако своей малой родиной Северную Осетию он назвать никак не может — его отец, работавший инспектором железных дорог, постоянно переезжал с места на место. Мама всегда следовала за супругом. Когда первенцу не было и года, семейство снова отправилось к новому месту службы своего главы.
— Рождён в СССР, никаких иностранных корней нет… Откуда же такое интересное имя? — спросила я.
— Да всё просто. Это достаточно распространённое в то время имя, — улыбаясь, отвечает Новомир Павлович. — Вспомните слова из «Интернационала»: мы наш, мы новый мир построим. Вот этим строчкам я и обязан своим именем. Мой папа был коммунистом ленинского призыва и считал, что меня необходимо назвать Новомиром, именем, произошедшим от слияния слов «новый» и «мир». Мою сестру назвали не менее красиво — Аэлитой.
В начале 30-х годов отец был отправлен на обучение в Ленинград, через некоторое время к нему присоединилась вся семья. Новомир пошёл в первый класс ленинградской школы. Впрочем, задержалась семья в городе на Неве ненадолго. Назревала советско-финская война. Северная столица была в опасности. Нужно было переезжать. Но куда? В Москву? Тогда это был закрытый город, куда практически никого не пускали, а прописаться было задачей невыполнимой. Впрочем, семье Роменских пошли навстречу. За них поручилась родственница, работавшая в НКВД, да и безупречная партийная репутация отца семейства тоже была важным фактором.
Когда младший Роменский окончил 6-й класс, к ним в школу пришли люди, предлагавшие продолжить обучение в 1-й специальной артиллерийской школе, что располагалась на Красной Пресне. Он с радостью согласился. Учёба была на редкость интересной — помимо обычных общеобразовательных преподавались и военные предметы. В школе поддерживалась воинская дисциплина, внутренний порядок строился на основе военных уставов. Много внимания и времени уделялось строевой подготовке. Спецшкола даже участвовала в военных парадах.
22 июня 1941 года ученики школы отправились на военные сборы в район Сельцы Рязанской области. Ребята часто выезжали на сборы, наблюдали за военной жизнью, проводили учебные стрельбы. Те сборы окончились, так и не начавшись. Мальчишки оказались отрезанными от родного города, вдали от родителей они провели несколько месяцев. Враг наступал, перемещать целую группу детей было опасно. Однако при первой же возможности ребят отправили на пароходе в Москву. Там оказалось, что родители многих уже были эвакуированы. В здании школы для учеников, оставшихся без попечения, оборудовали интернат. Там оказался и Новомир.
На пиджаке Новомира Павловича замечаю медаль «За оборону Москвы». Но как? Ведь на тот момент ему было всего лишь 15 лет…
— Да, случилось и нам, мальчишкам, поучаствовать в обороне столицы, — вспоминает ветеран. — Фашисты постоянно совершали ночные рейды над городом, сбрасывали зажигательные бомбы. Тем, кто был постарше, дали задание — дежурить ночами на крышах школы и близлежащих домов. Как только зажигалка падала на кровлю, мы её сразу же хватали и скидывали вниз, на землю. Там её засыпали песком. Сколько мы тогда снарядов перетаскали — не счесть.
В сентябре 1941 года мальчишек отправили в Подмосковье, на строительство оборонительных сооружений близ посёлка Крюково. Ребята ежедневно с утра до вечера на протяжении месяца рыли противотанковые рвы. В октябре снова вернулись в столицу. А 10 октября произошёл прорыв оборонительной линии наших войск. В городе началась паника.
 — Мы не понимали, почему взрослые так боятся. Молодые были, горячие, — вспоминает Новомир Павлович. — Всё время рвались на фронт, но военкомы говорили твёрдое «нет». А нам казалось, что если бы нас туда, на передовую, то мы-то точно победим. Ну а если останемся в городе, то будем его защищать. Были ребята, которые сбегали на фронт. Их отлавливали и возвращали обратно.
В октябре 1941 года школа была эвакуирована в город Анжеро-Судженск Новосибирской (ныне Кемеровской) области. Там они сами оборудовали для собственного проживания выделенное им здание бывшего общежития.
Три года провёл Новомир Павлович в эвакуации. К тому времени окончил школу и был направлен в Томское артиллерийское училище. Прошел ещё год. Кадровый офицер Новомир Роменский получает распределение во 2-ю Ударную армию 2-го Белорусского фронта, в армию Рокоссовского. Шли не на Берлин, а чуть севернее, на Данциг. Задачей было вклиниться между Берлинской и Данцигской группировками, изолировать последнюю от основных сил и уничтожить.
Первый бой Новомира Роменского произошёл под городом Кёзлин. Полковые артиллеристы шли в первом эшелоне, рядом с пехотой.
— После танковых проходов по территории шли пехотинцы, а с ними и мы, — говорит Новомир Павлович. — Жаркий был бой. Немцы сопротивлялись. Страха не было. Некогда было бояться. Видимо, отчаянно мы там сражались. Чем-то и я себя смог проявить. Вот, видите, это мне за тот самый бой дали — орден Красной Звезды.
После взятия Кёзлина наши войска двинулись дальше. Шли в бешеном темпе — селение за селением, городок за городком, и вот он, Данциг. Как и планировало командование, немецкий оплот был окружён и захвачен. Впрочем, часть группировки сумела перебраться через Балтийский пролив на остров Рюген. Наши солдаты порывались перебраться, чтобы уничтожить, добить. Но без приказа — нельзя. С досады начали палить по острову из оставленных врагом орудий.
Тефонисты связались с командованием, ожидая дальнейших указаний, и вдруг… «Братцы, ПОБЕДА!!!» На секунду воцарилась полная тишина. «Войне конец! Мы победили!!!» Тут же мощное, многоголосое, счастливое «УРА!!!» взмыло в воздух. Стали палить из оружия, кричать, плакать, обниматься. Победили…
Но 9 мая 1945 года военная служба Новомира Павловича Роменского не окончилась. Ещё год он прослужил в составе теперь уже оккупационных войск. В 1946 году его часть была расформирована, близилась демобилизация. Но приказ задержался где-то в дороге на целый год. За это время он успел послужить в Воронежском кавалеристском полку и в 4-й гвардейской Кантемировской дивизии. Там его и нагнал приказ о демобилизации.
Что делать дальше? Куда податься? Для начала — в столицу. Узнать о своих родных. Как оказалось, вся семья уцелела, и к его приезду уже была в сборе. Вскоре ему предложили пойти на службу в органы внутренних дел. Ушёл на пенсию в 1983 году с должности старшего инспектора отдела дознания ГУВД Мосгорисполкома в звании полковника милиции.

Елена ДЕМИДЕНКО,
фото из личного архива Н.П. РОМЕНСКОГО

Номер 22 (210) 8 июня 2011 года